— Вот и зацепка, — хмыкнул Орис. — И не одна.
Я выпрямился, и в груди затрепетала надежда.
Мы найдём крысу. Мы спасём Тамару. Даже если ради этого придётся превратить весь замок в пепел.
Потому что я, Ларисс, генерал демонической армии. А она — моё сердце.
И за неё я сожгу даже самого Владыку.
39
Тамара
К счастью, меня не бросили в сырую темницу. Нет. Всё гораздо изощрённее. Я оказалась в светлой комнате без окон и дверей, но при этом залитой мягким, ровным светом, словно кто-то подвесил тысячи свечей под потолком и заставил их гореть без копоти и жара.
Сначала я подумала, что это шутка. Или какая-то временная комната допросов. Я обежала её глазами: стены гладкие, молочно-белые, словно из цельного куска мрамора, тёплый пол, такой ровный и светлый, что аж бесит.
Но самое неприятное, что здесь было — тишина, которая, казалось, вползала в уши и заполняла череп изнутри.
Я нервно закружила по темнице или точнее светлице, дёрнулась к одной стене, к другой, ни-че-го. Ни щели, ни какого-нибудь потайного прохода. Я попыталась закричать — голос отозвался, но тут же поглотился, как будто в стенах была хорошая звукоизоляция.
Меня не трясло, я не плакала… точнее не сразу. Я просто сидела посреди этой чертовой идеальной комнаты и смотрела в белый пол. Думала.
Ларисс.
Ларисс.
Ларисс.
Я снова и снова вспоминала, как вбежала в зал. Как портал открылся. Как я бросилась к нему, как оказалась иллюзорному. Как он исчез, рассмеявшись. «Глупая человечка», — сказал он, и что-то внутри меня хрустнуло, словно надломился хребет веры. В итоге оказалось… я подвела его и Риана и Ориса, и спутников своих заодно. Выдала с потрохами, хоть и ненароком. Я, с такой любовью в сердце, с такой яростью и преданностью мчалась сюда, хотела помочь… а в итоге стала пешкой в чужой партии.
Я вытерла глаза, толку-то от них, сейчас слезами горю не поможешь.
— Ну и что теперь, Тамара? — прошептала я самой себе, сев на тёплый белоснежный пол. — Что ж тебе дома то не сиделось, а? С чего ты вообще, вдруг, решила, что Ларисс не справиться?
Владыка переиграл всех нас. И теперь он знал. Про план. Про Ориса, Риана… Ларисса. Наверняка их где-то уже ищут. А может, ловят. Или — не дай бог — прямо сейчас их собираются казнить.
Я прижала ладони к вискам, словно хотела выжать оттуда новые идеи. Но там была только тишина и липкий страх. До боли в животе. До дрожи.
Я не могу просто сидеть. Я должна что-то сделать.
Я пыталась связаться с драконом. Мысленно. Мы же уже общались мысленно раньше, должно ж получиться... Я знала, что у него есть нечто — разум, глубже человеческого, древнее. Я знала, что если позову, то он обязательно услышит.
Но здесь…
Кажется, стены пульсировали каким-то подавляющим полем. Я почувствовала, как мой разум бьётся о глухую преграду — не стену, а именно поле или щит или как это у демонов называется. Оно отзывалось тягучей пустотой, как будто мои мысли терялись в вязком киселе, растворялись, не долетая ни до кого.
Я начала ходить по комнате кругами. Сначала просто шагала. Потом быстрее. Потом бегала, пока не сбилась с дыхания. Хотелось разодрать ногтями стены, завыть, разбить кулаки в кровь. Но я прекрасно понимала, что всё это бессмысленно.
И тогда я упала на колени. Без звука. Мягко. Просто сдалась.
Я сложила ладони, прижала ко лбу. Закрыла глаза.
Риарх… Родненький…
Ты ведь слышишь, правда? Где бы ты ни был. Ты уже спасал меня. Я прошу тебя ещё раз. Только один.
Ларисс…. Он правда невиновен. Всё это ловушка, грязная и коварная. Они хотят его сломать. Нас всех. А я… я уже ничего не могу. Но ты — можешь.