При всем желании девушку взять с собой он бы не смог, хоть и предлагал ей полететь вместе неоднократно. Всему виной была ее сессия, которую прилежная студентка никак не могла пропустить.
Пообещав, что в следующий раз они обязательно полетят отдыхать вместе, Богдан включил авиарежим, убрал смартфон обратно в карман черных бриджей и без особого интереса уставился на занимающих места пассажиров.
— Ой, пардоньте! Пардоньте! — проскочила мимо девушка лет восемнадцати, а затем вернулась и заняла место рядом с ним. — Капе-е-ец… Народу-то сколько, хрен протиснешься! Как будто вдруг деньги у всех внезапно появились…
Эти раздраженные мысли вслух заставили Богдана выдавить кривую улыбку, что, впрочем, не скрылось от пристального внимания незнакомки. Правда, не такого пристального, чтобы отыскать нужное ей сидение с первого раза.
— Не, в самом деле, чего ржешь-то? — с вызовом обратилась она к соседу. — Или это челленджи «питаюсь на тысячу рублей в неделю че-е-ек» так народ обогатили. Хотя если б я на косарь в неделю питалась, то, наверное, сдохла бы! Ха-ха! Ну и рожа у тебя угрюмая…
Закатив глаза и утратив к незнакомке всякий интерес, парень перевел взгляд в окно.
Если и выбирать место для полноценного отдыха, пожалуй, он выбрал бы что-то более экзотичное. Подъем к Мачу-Пикчу или храмовый комплекс Ангкор-Ват в Камбодже… Проблема была лишь в том, что Карина сама, как студент археологического факультета, мечтала слетать туда вместе, и от идеи делать это в одиночку Богдан тактично отказался.
Более-менее усредненным вариантом ему показался Тайланд, так что билеты он приобрел без длительных раздумий. В конце концов, пара недель — не такой уж большой срок для отпуска. Совсем скоро он вновь усядется в офисное кресло и вернется к привычной рутине. И то, и другое его одинаково не прельщало, но…
Может, он просто потерял вкус к жизни?
Глава 22
Я и подумать не мог, что всё настолько сложно и одновременно просто. По словам На Хуэя, его внезапно раскаявшийся во всем содеянном советник решил помочь нам по доброте душевной. Собрать найденные нами визитки, перепрошить их за пределами Системы, настроив под наши нейроимпланты и, казалось бы, путь свободен! Плывите, сосиски!
Но даже не знаю, что во всей этой истории напрягало меня больше. Неожиданная помощь от Сунь Цая, который в конечном итоге вовсе не сбегал из компании, а, напротив, согласился на свое полноценное участие в эксперименте. Или же легкость, с которой он обещал нам свободу. А может быть, непонимание того, что кучке людей делать дальше, оказавшись в реальном мире, целиком взятом под контроль каких-то безумных, но, несомненно, гениальных умов?
Короче говоря, будет, над чем подумать на досуге. До конца месяца оставалось всего ничего, и если мы сумеем выбраться отсюда, уж всяко что-нибудь сообразим.
По просьбе китайца мы отдали ему найденные визитки. Те, кому не повезло такую отыскать, пообещали себе в кратчайшие сроки исправиться. На сим внеплановое собрание альянса завершилось, однако я прям чувствовал, что всё не сможет пойти по плану. У меня вообще никогда и ничего не идет по плану, и я полагал, что эта ситуация исключением не станет…
— Как ты вообще уговорил его помочь? — поинтересовался Лёха у виновника сегодняшнего торжества, задумчиво потирая подбородок. — Что ему мешает сразу при деактивации чипа доложить о нас?
— У меня тоже есть свои методы, — загадочно улыбнулся ему На Хуэй, поднимаясь с кресла. — Но в лояльности его сомневаться не стоит. Сделает всё максимально быстро и в кратчайшие сроки. Уж я-то об этом позабочусь…
С этими словами китаец вышел из гостиной, а мы с Цибульским остались там наедине, силясь справиться со свалившейся на нас информацией. Что еще важнее — надеждой, которую так легко было упустить.
— Что думаешь? — наконец спросил он, скосив на меня взгляд.
— Либо нам чего-то недоговаривают, либо нам просто страшно повезло, что в первую неделю ты принял к нам этого парня. Я же всегда тебе говорил, что что бы ты ни делал, всегда найдется азиат, который сделает это лучше тебя.
— Твоя правда… — протянул тот.
— А может, ему пришлось запачкать руки так же, как и тебе, — кивнул я на рукава приятеля с подсохшими на них пятнами крови.
— Вот поэтому я и удивлен тому, как быстро этот Сунь Цай согласился на сотрудничество. Из моего человека даже информацию пришлось выбивать силой, не говоря уже о том, чтобы заручиться поддержкой. К слову, о последнем никакой речи уже не шло.
— В любви и на войне все средства…
— … хороши. Знаю, — отмахнулся лорд. — И всё-таки советую тебе не воспринимать эту возможность, как панацею. В любой момент твоя башка, как и моя, с тем же успехом может взорваться. Они и сами понимают, что выпускать нас наружу до окончательной промывки мозгов чревато и постараются сделать всё, чтобы этого не произошло.
— А ты вообще… — подался я вперед, сложив руки перед собой, — … хочешь отсюда выбраться?
— Вот веришь или нет, всё чаще в последнее время задаю себе этот вопрос. Где мы окажемся, если деактивируем импланты?
— Ну… на свободе?
— На свободе? Допустим. А будет ли она более свободная, чем та, что мы имеем сейчас?
Вот это поворот… Неужели даже извечный авантюризм Цибульского дал сбой? Всё действительно настолько хреново?
— Просто подумай об этом, — предложил он мне, поднимаясь с дивана и потягиваясь. — Подумай о том, что, например, будет с твоими матерью и братом, если ты решишь оставить их здесь. Что будет с твоим сектором и людьми, ответственность за которых ты на себя взял, если решишь отключить имплант. Вот, к чему я клоню, Юра. Что, если решение оставить их или сохранить — тоже часть этого эксперимента? Как тебе такие выводы, м?