Повернув голову, увидел, что мужчина, широко раздвинув ноги, сидит на соседней койке и с постной миной затачивает меч. Лезвие уже сверкало в свете солнца, льющегося из витража, но генерал продолжал усердно орудовать точильным камнем.
— Ты меня вырубил, — зашевелил я пересохшими губами.
— Может, в организационной деятельности ты со временем поднаторел, но что касается боевых навыков, скорости реакции и прочего — всё это оставляет желать лучшего. Зачем лезть в драку и рисковать своей жизнью, если этот конфликт ни коим боком тебя не касается, парень?
Сделав над собой усилие, приподнялся на локтях и тряхнул головой. Она всё еще гудела. Будто мне кастрюлю на башку надели и методично долбили по ней колотушкой.
— Ты мне мстишь таким образом, да? Из-за своей матери и…
— Я малость огорчен твоим молчанием, скажем так, — перебил меня генерал. — Но нет. Моя обязанность — защищать лорда, то бишь тебя, и считаю, что с задачей этой я сегодня справился. Тот сектор обнулился. Мы победили, а ты жив. Что еще тебе нужно? А насчет того, что я сегодня узнал… Рано или поздно тайное всё равно становится явным. И единственная причина, по которой ты это скрывал — недоверие к нам. Я прав?
Недоверие к человеку, дезертировавшему с сектора, да еще и наглость имевшего напасть на своего лорда со спины — дело обыкновенное. Но нагнетать обстановку я не стал.
— Первым о безнаказанности самосуда узнал один из лордов моего альянса, — решил для большего понимания посвятить Володю в подробности. — Настроил генералов против него, и в итоге, как зачинщик бунта, был определен Системой в качестве следующего лорда.
— Но на этом, я так понимаю, ничего не закончилось? — продолжал мужчина затачивать меч, нисколько не изменившись в лице.
— На этом всё только началось. У подданных появилась реальная возможность свергнуть неугодную им власть, поэтому они в принципе приостановили добычу и пустились во все тяжкие.
— И, узнав об этом, ты наивно предположил, что на нашем секторе может произойти то же самое?
— Не исключено.
— Петр Анатольевич, Олег, Анна… Все они разом побросают инструменты и объявят тебя вне закона? При условии, что от количества твоего престижа и уровня развития сектора в целом зависит жизнь каждого из нас?
Я поджал губы.
— Никогда раньше ты не казался мне идиотом, Юра, и вот опять… Зато некоторые увидели бы в том и положительные моменты. Ты хотя бы безобидный, и есть в этом своя прелесть.
— Такой себе, знаешь ли, комплимент.
— А я, знаешь ли, не особо старался, — с ухмылкой парировал тот, а затем поднялся, потянулся и размял плечи. Убрал меч в ножны. — В твоих же интересах делиться со своими людьми любой информацией, которой владеешь. Не только потому, что это увеличит наши шансы на выживание. Если ты не доверяешь своим, кому тогда вообще можно довериться?
— Раз ты так говоришь, сам-то о себе всё рассказал?
Мужчина задумался. Погулял взглядом по палате, хмыкнул. Однако под моим пристальным взглядом снова сел и сложил руки перед собой.
— Наш первый разговор, — началось время охренительных историй. — Когда мы только встретились, помнишь? Я предупредил тебя о том, что на своем пути ты можешь встретить самых разных людей, начиная от агнцев божьих до осужденных на пожизненное.
— Помню, — медленно кивнул я. Не нравилось мне, к чему он клонит…
— Буквально за пару минут до перемещения я был осужден. Мне дали два года колонии за убийство по неосторожности.
— И… кого же ты убил?
Перед тем, как ответить, генерал запрокинул голову к потолку и шумно вздохнул.
— Своего ученика, — произнес он наконец и вновь перевел взгляд на мое лицо. — Повесил на него слишком большую нагрузку. Не рассчитал. Но уже хорошо за это поплатился. Даже если мы когда-нибудь вернемся, путь в педагогику мне будет заказан.
Даже не знал, как реагировать на его откровение. Думал всё это время, что Володя сам по себе заносчивый и высокомерный мужик. Идеалист с военной выправкой, никогда не допускающий ошибок и требующий того же от всех остальных. Однако вот как оказалось на самом деле…
— Мне не стоило покидать сектор, это верно, — немного погодя продолжил он, сдвинув брови. — Иногда эмоции берут над нами верх, и с этим ничего не поделать, но тебе следует знать, что до полноценного убийства я не опущусь никогда.
С этими словами Володя выпрямился, бросил на меня усталый взгляди направился к дверям. Молча я наблюдал за ним, пока генерал не скрылся, а затем расслабленно откинулся на подушку.
Нестандартный вышел денек. И даже это еще не конец. Судя по ярко-оранжевому свету, льющемуся из окна, мне еще на собрании альянса сегодня предстояло взять слово, хотя настроения это делать в данный момент у меня не было никакого.
Владения лорда Владлена Погадаева.