И так каждый долбанный раз! Стоит только втянуться и разработать нехитрую схему, облегчающую жизнь, обязательно влетит какая-нибудь палка в колеса, которая всё похерит!
Мы с генералами двинулись вперед, отдав нашему войску приказание следовать за нами. Но чем ближе мы подходили к воротам города, тем более странным казалась сложившаяся в нем обстановка.
Например, вражеская армия хоть и расположилась перед ним, готовая к бою, но больше напоминала манекены, и на нас вообще никак не реагировала. А наших тут десять тысяч, между прочим. Мы мощь!
И пусть мы сумели разглядеть, что ворота плотно заперты, за ними явно происходила какая-то движуха. Крики мужчин, женщин и детей, визги, мольбы о помощи и лязг металла.
— Чувствую, Марсик нам всё-таки пригодится… — сдвинул я брови, задирая голову и разглядывая стены непреодолимой с голыми руками высоты.
Глава 18
Уже верхом на Марсе я перелетел стены, а его массивные лапы плавно приземлились за городскими воротами. Заранее предупредил питомца, что мы тут шухер пока что не наводим. Так, осматриваемся. Его и без нашей помощи уже навели, и осталось лишь узнать, кто именно.
Поочередно дракон переносил на своем горбу моих генералов, а за это время я успел оценить масштабы трагедии.
Подданные вражеского лорда валялись вдоль дорог в самых неожиданных позах. Конечности некоторых из них были неестественно вывернуты. Кровь оросила каменную кладку, а некоторые из жертв всё еще постанывали в борьбе за свою жизнь.
Изначально по интенсивности шума я предположил, что битва, против кого бы она ни велась, развернулась прямо за воротами, однако ошибся. Эхо недостроенного города разносило ее отголоски на внушительное расстояние, и сейчас звучала она со стороны замка.
Дабы не терять времени, приблизился к первому же встреченному мной человеку, подающему признаки жизни. Им оказался мужчина с разбитым носом в заляпанной кровью тунике. Присел перед ним на одно колено, заглянул в глаза. Взгляд его лихорадочно забегал по моему лицу.
— Что тут произошло? — спросил у него громко, четко и с расстановкой.
— Они… они всё… — с хрипотцой в голосе начал он, — … поняли.
— Кто понял? — изогнул я бровь. — Что понял? Конкретнее можно?
Вот мужчина с кряхтением перевернулся с живота на бок, и только сейчас я мог увидеть здоровенную такую рваную рану, протянувшуюся от его груди чуть ли не до самого паха.
Ни-и-ихрена себе! Это ж какая зверюга его так покоцать могла⁈ Хотя всем и так давно известно, что самая страшная и опасная зверюга в природе — это человек.
— Генералы… они… поняли…
— Что поняли⁈
— Что они… могут…
И всё. Испустив последний вздох, мужик окочурился, а я так и остался сидеть перед ним на одном колене и с ужасом разглядывать смертельную рану.
Так-так-так, секундочку…
Еще более страшным открытием для меня стало, что я, кажись, понял, о чем он талдычил в предсмертном бреду. Люди умнеют, милорд. Люди, по ходу, постепенно входят в раж и начинают на свой страх и риск прощупывать Систему, находя в ней всё новые и новые лазейки. И ничем хорошим для таких, как я, закончиться это не могло.
— Генералы могут? — раздался за моей спиной заинтересованный голос Володи, и я прищурился, как от удара. Который, впрочем, так и не последовал. — Что они могут?
Я поднялся на ноги. Необходимо было взять себя в руки, пока не навлек на себя еще больше подозрений. Люди умнеют. Не забываем об этом!
— Они могут отыскать выживших, перенести их на свой сектор и проводить в лазарет, чтобы там им оказали помощь, — обернулся к Володе, напялив серьезную мину. — Дальше я пойду один.
— Один, значит? — прищурился тот, подмечая, как дрожат мои руки. — А кишка не тонка, милорд?
— Я просто понял, что здесь происходит, и касается это напрямую моего альянса. Вам всем желательно не вмешиваться — это отразится на моей репутации.
Какую же дичь я сейчас городил… Да и запоздало осознал, что выжившие с тем же успехом могут раскрыть им все карты, однако от идеи спасти их отказываться не стал. В конце концов, даже такие секреты не стоили жизней невинных людей. С последствиями как-нибудь разберусь. Наверное.
— Уверен, что помощь не нужна? — подоспел Даня, уже готовый ринуться в бой.
Семён в этот раз инициативу особую не проявлял. Почесывая затылок и присвистывая, разглядывал то, что осталось от подданных сектора. Согласен, зрелище то еще. Но, каюсь, причина этого волновала меня в данный момент сильнее, нежели последствия.