Его оппонент издает смешок на такую наглость. Я увеличиваю скорость воспроизведения — смотреть за их торгом просто противно.
В итоге Слуков отвергает предложение Антона, напомнив тому, что фирма так ценна только потому, что Матей в нее хорошо вложился, и если Воронцов не хочет разборок, то отдаст фирму сам тому, кому она по праву принадлежит. А доля Воронцова вся ушла на издержки по его поискам.
Он даже не угрожал ему ни разу за разговор, лишь приводил аргументы и давил логикой, ну и авторитетом своим тоже. Но, посмотрев запись, я понял, почему в деле Слукова фирма никак не фигурирует — Воронцов отдал ее не под давлением, а сам. Добровольно.
Он подписывает документы, а когда идет к выходу, появляюсь я со своими пацанами. На этом запись обрывается.
Я захлопываю ноутбук — вот гнида Воронцов…
Глава 41
Леголенд
Полина
— Мам, ну чего ты возишься так долго? Парк уже скоро откроется, я хочу быть там среди первых! — подгоняет меня нетерпеливая Таисия.
Сегодня наш второй день в Дании, и мы сразу идем в Леголенд. Тюша, конечно, в предвкушении, она в этом состоянии была еще за неделю до поездки, и оно лишь усиливалось с каждым шагом, приближающим ее к исполнению мечты. В самолете из Москвы, после прохождения таможни в Копенгагене, по прилету в Биллунд, когда мы ехали в такси из аэропорта мимо парка и когда заселились в наш тематический лего-отель.
— Я готова! — выхожу из ванной в отеле нашего с ней номера, и мы идем за Константином — он поселился в номере рядом.
Как только мы проходим турникеты и попадаем на территорию Леголенда, у Таси — да и не только у нее — глаза загораются от восторга. Она с детским энтузиазмом выхватывает у меня карту парка и сразу устремляется к большим фигуркам лего-человечков, собранных из миллионов разноцветных кубиков, от них кидается макетам самых известных мировых достопримечательностей квартала Миниленд, мы едва поспеваем за ней.
Я не могу сдержать улыбки, глядя на то, как она зачарована и взбудоражена. Она бегает от одной лего-статуи к другой, просит сфотографировать ее. Тащит с собой на фото то меня, то Костю, заставляет позировать вместе с ней и весело смеётся. Этот ее смех — самое важное для меня. Моя дочь в порядке, она со мной, и она счастлива.
— Мам, смотри! — кричит Тася, указывая на огромного дракона из конструктора, виднеющегося вдалеке. — Я хочу туда!
— Мы дойдем туда, Таюш. По порядку.
— А еще я сюда хочу. И сюда, — тычет пальцем в Землю приключений и Королевство рыцарей, самые удаленные зоны парка, и поднимает на меня расширенные от ужаса глаз: — Мам, тут столько всего. А если мы за один день все не успеем обойти?
— Значит, придем сюда завтра, — успокаивает ее Костя. — И послезавтра, если понадобится. Будем ходить, пока ты не посмотришь все или тебе не надоест.
— Мне никогда не надоест! — улыбаясь глазами, обещает она и, взвизгнув, бежит к своему первому аттракциону.
— Ты идешь? — подходит ко мне Костя и, ненавязчиво взяв мою руку, переплетает свои пальцы с моими.
— На лодочки не хочу, боюсь намокнуть, — с улыбкой отказываюсь я.
Он касается губами моей щеки и догоняет Тасю. Они загружаются в лодку, а я снимаю их на видео. Как Костя страхует Тасю на резких поворотах, как она визжит, когда на них брызжут струи холодной, видимо, воды, и когда лодку бросает с небольшой, к счастью, высоты. Но все равно мое сердце каждый раз замирает и телефон в руке слегка дрожит. Они же выходят оттуда в полном восторге и, кажется, Костя наслаждается парком не меньше моей малышки.
Она сразу бежит к следующей точке на карте, а Костя опять берет мою руку и уже не выпускает. Ни когда мы втроем загружаемся в лего-поезд и проезжаем весь Миниленд по периметру, рассматривая все его лучшие экспонаты: Лондонский Тауэр, Эйфелеву башню, Статую свободы. Ни когда Тася присоединяется к просмотру какого-то шоу Ни когда они вдвоем затаскивают меня на американские горки, где уже я, а не Тася визжу — то ли от страха, то ли от восторга, — когда наш вагончик взлетает на высоту, а потом стремительно падает вниз.
Если бы не Костя рядом и не его крепкая ладонь, я бы ни за что не рискнула сюда залезть. Но его близость придает мне уверенности. Он как будто всегда знает, как сделать так, чтобы я чувствовала себя в безопасности.
И я чувствую.
И не перестаю улыбаться, глядя на них двоих — моя девочка светится счастьем, и это счастье подарил ей Костя, а не ее отец…
Я знаю, что все сделала и делаю правильно.
Воронцова больше нет в нашей жизни, а значит, тот ужас, что мы пережили за последние несколько месяцев, с нами больше никогда не повторится.
Костя, заметив, что я загрустила, заглядывает мне в лицо с немым вопросом, но я тут же качаю головой и улыбаюсь ему — «всё хорошо». И все на самом деле хорошо.
Идеально!
Когда на Земле пиратов Тася изъявляет желание посмотреть представление, мы с Костей оставляем ее на лавке перед сценой и занимаем удачно освободившийся столик у палатки с пончиками неподалеку. Тасин ободок с ярким бантом хорошо виден, и я спокойна за дочь.
Костя приносит мне какао с кусочками маршмеллоу, а себе черный кофе. Ставит стакан передо мной и говорит, помедлив: