Мои люди были здесь. Усталые, грязные, покрытые чужой кровью и ихором, но живые.
Реккар сидел на перевёрнутом куске мраморной колонны, вытирая свою кувалду какой-то тряпкой, больше похожей на кусок занавески. У его ног лежала гора расплющенных чудовищ, которую он, видимо, складывал для отчётности.
Александр Войд стоял, опираясь на глефу как на посох. Его броня была покрыта глубокими царапинами, плащ превратился в живописные лохмотья, но в глазах горел спокойный, уверенный огонь человека, выполнившего свой долг.
Хлоя и Касс сидели рядом на ступенях, прислонившись друг к другу спинами. Касс перевязывала глубокую царапину на руке, а аристократка что-то тихо ей говорила, и, судя по ухмылке моей ученицы, это была не жалоба на боль.
Аниса ходила между бойцами со снадобьями и зельями, проверяя раненых и раздавая целебные настои.
Тень лежал посреди двора в позе сфинкса, грызя какую-то огромную кость, явно принадлежавшую чему-то очень большому, древнему и зубастому.
Когда я появился, все замерли.
Звенящая тишина повисла над двором. Они смотрели на меня, не веря своим глазам, словно я был призраком. Я знал, что выгляжу иначе. После высвобождения полной силы во мне что-то изменилось безвозвратно. Аура стала плотнее, взгляд тяжелее, словно я всё ещё смотрел в бездну. Плащ слегка светился остаточной силой перехода.
— Дарион? — тихо спросил Кайден, выглядывая из-за баррикады мешков с песком. — Это… ты?
— А ты ждал кого-то другого? — усмехнулся я, и это простое действие разрушило напряжение, как игла лопает пузырь. — Зимнего Короля с дарами?
— Он вернулся! — заорал кто-то из бойцов срывающимся от радости голосом.
Двор взорвался криками. Люди вскакивали, махали оружием, обнимались, поздравляя друг друга с победой.
Тень бросил кость и в два гигантских прыжка оказался рядом со мной, едва не сбив с ног своей массой. Он принялся облизывать моё лицо всеми тремя языками сразу с усердием щенка.
— Фу, блохастый, — я оттолкнул его, смеясь и пытаясь увернуться от слюней. — Ты воняешь черт пойми чем и палёной шерстью.
Реккар подошёл, протягивая свою огромную ладонь для рукопожатия.
— Хорошая была охота. Жаль, ты пропустил веселье внизу. Тут такие экземпляры падали! Один даже пытался сожрать мою кувалду, представляешь?
— У меня было своё веселье, — я пожал его руку, чувствуя крепость хватки. — Наверху. И поверь, там было не до смеха.
— Тот глаз? — спросил Войд, подходя ближе и опираясь на глефу. — Ты убил его?
— Я стёр его, — поправил я. — Больше он нас не побеспокоит. Его не существует.
Аниса подбежала ко мне, оглядывая с ног до головы опытным взглядом целителя.
— Ты цел? Магический отклик был таким… я думала, мир расколется пополам! Все измерители перегорели!
— Плащ отличный, Ария, — я кивнул кузнецу, которая стояла чуть поодаль, сияя от гордости и прижимая к груди какой-то инструмент. — Выдержал удар энтропии. Надо будет выписать тебе награду. И Алане тоже.
— Я знала! — воскликнула она, подпрыгнув на месте. — Я знала, что расчёты верны!
Я посмотрел на своих людей. Они выстояли. Они отбили натиск армии Безумного Бога, пока я разбирался с самим богом. Они стали настоящей силой, с которой придётся считаться всему миру.
— Отличная работа, — сказал я громко, чтобы все слышали. — Вы защитили этот дом. Да что там, и всю империю. Я горжусь вами.
Бойцы выпрямились, расправили плечи. Похвала от меня стоила для них дороже золота и наград.
— А теперь, — я перевёл взгляд на бойцов третьей штурмовой дружины, которые стояли в стороне, опираясь на мечи. Они выглядели самыми уставшими, их одежда была порвана в лохмотья, но они были самыми довольными. Они прошли через ад и выжили. — Третья штурмовая! Ко мне!
Они подошли, хромая, но с широкими улыбками победителей.
— Мы сделали это, командир! — доложил их десятник, салютуя обломком меча. — Мы удержали ворота! Ни одна тварь не прошла!
— Вижу, — я кивнул с серьёзным видом. — Вы молодцы. Вы показали отличный результат.