Угол атаки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Сержант Самсонов, конечно?

— Так точно. Вы с него снимите шесть шкур, а седьмую оставьте мне, — пошутил Старчаков. — На то у меня есть договоренность с Германом Петровичем. Хочу из Самсонова сделать политработника. Вы представляете, Иволгин, какой из него замечательный получится комиссар. Человек рассудительный, имеет почти законченное инженерное образование. А главное — летающий. Летающий будет комиссар! Не то что я у вас…

— Идея у вас государственного масштаба, — засмеялся Иволгин. — Только примет ли ее Самсонов? У парня иная ориентация, как я понимаю. Вперед, на запад!

Засмеялся и Старчаков.

— Примет. Никуда не денется. Здесь он в нашей власти. В нашей партийной организации на учете. Кстати, Иволгин. — Старчаков сжал ему плечи. — Вы еще долго намерены ходить в комсомольцах? У вас уже давно борода растет.

Иволгин потрогал себя за подбородок.

— Медленно растет, товарищ замполит. Повременю. Репьев всяких на мне еще много.

— Это верно, — согласился Старчаков. — Ну, давайте очищайтесь. Задиры такие, как вы, — заметил Старчаков с улыбкой, — в партии нужны. Но, разумеется, без репьев.

Звено Борщевой приступило обучать курсантов воздушным боям дружно — всеми экипажами. У Иволгина и здесь вырвался вперед Самсонов. Он быстро схватывал показанное инструктором, но что особенно нравилось Иволгину — атаковывал активно, с выдумкой. Для внезапных атак использовал фон местности, разрывы в облаках, лучи слепящего зимнего солнца.

В этот лее день под вечер облачность, с утра высокая, с большими прорехами, сгустилась до сплошной. Слой снега, на земле, уже грязноватый тонкий, местами насквозь прожженный солнцем, потемнел еще сильнее. Он свежо поблескивал только на вершинах гор и манил к себе морозными бликами. Но Иволгин держался подальше от гор. Хотя они подножием тоже входили в зону «воздушного боя». Боялся: в азарте подведет «противника» к горам, вблизи которых и в ясный-то день кружиться не очень приятно.

Он чувствовал, что устал: шумело в голове, ломило спину. И хотелось вздремнуть. В зоне он ждал Самсонова. У того по заданию полет был с поиском «противника».

Иволгин готов был подставить Самсонову хвост без боя. И тем на сегодня закончить работу. Но получилось так, что он увидел курсанта под самой кромкой облаков на встречном курсе. А рвануть вверх обоим летчикам не позволяли облака. Когда они поравнялись крыло с крылом, Самсонов энергично ввел самолет в вираж. Иволгину его хитрость пришлась по душе. «Отлично, сержант. Молоток!» Он тоже энергично накренил машину и подтягивал штурвал до тех пор, пока не поплыл перед глазами студенистый туман.

Ситуация складывалась приблизительно такая же, как в Карпатах. Только теперь Иволгин оказался в положении того «фокке-вульфа».

От концов крыльев обеих машин временами отрывались белые полосы инверсий и отлетали к хвосту. Эти струйные ленты Иволгин видел, если поворачивал назад голову — определить положение атакующего. Положение Самсонова его не могло не радовать. Иволгин забыл про усталость и не прочь был бы начать сначала. Уж очень тонко и прочно втянул его Самсонов в карусель. Но потом Иволгин вдруг потерял самолет Самсонова. Он на секунду отвлекся, не ослабляя нажима на рули, глянул в сторону — далеко ли серебро горных кряжей, и, когда перевел взгляд в прежнее положение, не нашел Самсонова. А вскоре услышал резкую команду с земли:

— «Беркут тринадцатый!» Я — «Тюльпан». На точку. Немедленно на точку. Как поняли?

Он понял. А вскоре, увидев под собой недалеко от железнодорожной станции медленно расплывающееся по белому полю черное пятно, понял и то, куда девался его дерзкий «противник». Но он еще долго стоял над тем местом в вираже, не веря в случившееся.

Впервые за много лет Иволгин с неохотой и с каким-то отвращением к себе и к своей машине возвращался на землю…

Комиссия, расследовавшая причины катастрофы, записала в акте: «…летчик-инструктор в «воздушном бою» создал перегрузку, с которой курсант не справился».

Анохин вызвал младшего лейтенанта познакомить с результатами расследования, а после спокойно объявил приговор.

На летный состав эскадрильи заготовили представления к очередному воинскому званию. Анохин лишил Иволгина еще им не полученной звездочки.

Иволгин все это выслушал с покорностью обреченного. Хотя ему хотелось возразить. Ведь не он же в действительности, не летчик-инструктор, а сам курсант себе создал перегрузку, с которой не справился.

Иволгин казнился другим. Зачем посмотрел на горы? Почему именно в ту секунду отвернулся от Самсонова? Почему не скомандовал ему своевременно: «Отпусти ручку». Он должен был все видеть. Должен был, черт возьми! Если не видеть, то почувствовать надвигавшуюся катастрофу! На то он и инструктор по технике пилотирования в воздушном бою. Должен, должен!

Под тяжестью своих обвинений Иволгин обмяк, ссутулился. Анохин подошел к нему.

— Вы, товарищ младший лейтенант, не согласны?

Иволгин медленно выпрямился.

— Так точно, товарищ полковник! Если ваши выводы верны, тогда, выходит, я преднамеренно загнал человека в землю. Так разве же такое преступление стоит одной маленькой офицерской звездочки?..

— Логично, — перебил полковник и посмотрел ему прямо в глаза. — Логично, Иволгин, — и начал закуривать… — Я подумаю…

Сразу после похорон поздно вечером Борщева собрала в столовой комсомольцев. Катастрофа в ее звене, первая в эскадрилье при Парамонове, потрясла Борщеву.

На кладбище к ней, петляя в толпе, протиснулся Борщенок. Он вскинул удивленные глаза и спросил робким шепотом:

— Полина, чо? — Это его обращение к матери по имени всегда вызывало усмешку.