Угол атаки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Товарищи! В поддавки играть не будем. Я не Александр Васильевич Суворов, но тоже скажу: тяжело в учении — легко в бою. Кто не верит, спросите Самсонова.

Иволгин не замечал, чтобы Самсонов похвалялся своими боевыми вылетами. Но он чувствовал: Самсонов, выслушивая его наставления, относится к ним по меньшей мере невнимательно там, где речь заходила о воздушной тактике. Летал Самсонов на фронте на разные задания. Правда, воздушным стрелком на штурмовиках. Но это, кажется, не мешало парню иметь свои взгляды на то, как выгоднее использовать в бою самолет-истребитель.

Он много видел и слушал фронтовых летчиков. И, естественно, их урокам доверял больше. В этом Иволгин убедился вскоре.

В ясный морозный день встретились над стартом и завязали стремительную карусель капитан Парамонов и лейтенант Борщева. Их самолеты, маневрируя по высоте и горизонтали, порою как бы свивались в один стальной гремящий узел.

Кто из «дерущихся» кого первый поймал в прицел, с земли видно не было. Но все прекрасно понимали: летчики «сражаются» на пределе своих сил и возможностей ЯКов.

Показательные воздушные бои над стартом комэска начал проводить недавно. И с каждым разом в поединке со своим противником, обычно из командиров звеньев, все сильней загибал радиусы виражей и всевозможных крючков при вертикальном маневре.

Иволгин с группой наблюдал за поединком непрерывно. И здесь его вдруг резанул голос Самсонова:

— Эффектно!

Задело Иволгина само слово «эффектно». Самсонов произнес его таким тоном, словно речь шла о каком-то цирковом трюке.

— Эффективно, Самсонов, — поправил Иволгин. — Эффективно!

— По-моему, не очень, товарищ младший лейтенант, — и сержант опустил глаза.

— Самсонов — воздух!

Тот вскинул глаза в небо.

— Извините, дурная привычка.

— Объясните же, почему — не очень?

— Парадно. На фронте турниры попроще. Чаще всего — атаки сверху на большой скорости. Карусели — редкость. Они хороши… Помните карусель Чкалова с Байдуковым в фильме?

«Чужие слова, — отметил про себя Иволгин. — Слова какого-то аса, авторитетного для Самсонова».

Рядом, навострив уши, топтались, похрустывая снегом, другие курсанты. Отвечать Самсонову требовалось немедля. Можно было, разумеется, не слушать его. Приказать замолчать — и дело с концом. Но такой прием Иволгин всегда считал самым слабым местом в работе летчика-командира.

— На парадах, — продолжал он сосредоточенно, — демонстрируют не только эффектное, но и силу. Однако замнем парады. Сейчас не до них. Вы утверждаете, Самсонов, что воздушные карусели на фронте — редкость. Допустим! Ну, а если такой редкий случай выпадет, ну, к примеру, на вашу долю?

— Не исключаю, товарищ младший лейтенант. Стану и я крутиться.

— Как? Так?

«Дерущиеся» уже спустились много ниже горных вершин. Порой казалось, они, гоняясь друг за другом, вот-вот столкнутся или врежутся в землю.

— Так сможете, Самсонов?

Теперь он не без повода опустил глаза.

— Научусь, товарищ младший лейтенант.

— Стоит, товарищ сержант. И тогда разве что какая-нибудь пуля-дура может испортить вам радость победы, — продолжал Иволгин азартно. — Был у меня на стажировке наставник — Герой, лейтенант Васюков. Тридцать девять сбитых имел. Прежде всего благодаря умению закручивать машину на любой высоте и скорости так, что она дрожала, пищала, а все же вертелась, как Васюкову того хотелось.

Имелась еще причина, почему Иволгин больше чем к какому другому курсанту приглядывался к Самсонову.

Майор Старчаков ему однажды сказал:

— У вас в экипаже, товарищ младший лейтенант, есть клад.

Иволгин догадался, о ком идет речь.