Алый пион для Офелии: читать начало книги онлайн

– Какой ещё сонет? – удивился Гамлет.

Офелия, не закрывая дверь, вернулась к сборнику, достала из него листок и показала Гамлету. Он внимательно изучил содержимое, пожал плечами и хмуро сообщил:

– Почерк вроде бы мой, но я не помню, как писал… Забрать?

– Оставь, он грустный, но красивый, – застенчиво поджала губы Офелия. – Дашь мне пять минут, чтобы собраться?

– Не торопись, я буду ждать снаружи.

К оранжерее пара шла в молчании. Офелия ступала по дорожке почти крадучись, изредка бросая беспокойный взгляд на спину Гамлета, решительно идущего чуть впереди. Солнце уже вышло из-за леса и его лучи, отражаясь блеском в повисшей на траве росе, превращали зелёный ковёр под ногами в перевёрнутое звёздное небо. Птицы давно пробудились и весело перекликались, шелестя листвой на деревьях то тут, то там. У стен оранжереи порхали яркие бабочки, пытаясь проникнуть внутрь. Должно быть, их привлекал сладкий медово-яблочный аромат цветов.

– Мне всегда было грустно наблюдать за бабочками, – тихо заговорила Офелия.

Гамлет посмотрел на неё через плечо. Он ничего не сказал, но по глазам было видно: ждёт продолжения мысли.

– Ты знал, что прежде, чем эти восхитительные создания расправляют свои крылья, они проходят долгий и тернистый путь: из яйца появляется гусеница, затем она превращается в куколку, и только после рождается бабочка? Её преображение от неприглядного к прекрасному может занимать несколько недель, а то и лет, в зависимости от вида. Многие гусеницы погибают по пути, так и не испытав радости полёта. Но самое печальное не в этом. Ведь те, кому всё же удалось достигнуть цели, обречены угаснуть в считанные дни. Мы смотрим на них с восхищением, но каждый взмах пёстрых крылышек убивает бабочку. Выходит, мы любуемся самой смертью…

– Такова жизнь, – чуть погодя ответил Гамлет, останавливаясь. – Что ты видишь, глядя на меня? Только честно.

Офелия смутилась. Так много разных слов пришло на ум, но говорить их вслух казалось неуместным и даже постыдным.

– Что ты не прост, – попыталась увильнуть она.

– «Не прост» и только? – снисходительно хмыкнул Гамлет.

В его глазах, прищуренных от солнца, вдруг вспыхнул дерзкий огонёк.

– Давай! Скажи, как есть, не бойся. То, что я слышал о себе в колледже и читал в газетах уже не переплюнуть.

– Ладно, – шумно выдохнула Офелия, принимаясь нервно заламывать свои пальцы. – Я вижу… сложную натуру и внутреннюю борьбу. По непонятной мне причине ты пытаешься казаться хуже, чем есть в действительности. Ты огорчён и зол, скорее на самого себя, нежели на родных. Почему – мне тоже непонятно. Ещё я вижу острый ум и глубокий внутренний мир – ты не пустышка. Но отчего-то прячешься за грубостью и нахальными шутками.

– В прошлый раз, ты назвала их дурными, – ухмыльнулся Гамлет.

– Дурные. Верно… – Офелия, ощутив неловкость, отвела взгляд в сторону. – А к чему был вопрос?

– Ты не сказала главного, давая мне оценку.

– И что забыла?

– Забыла, что каждый мой вздох, как и твой, неизбежно приближает нас к могиле. Мы все пришли в этот мир, чтобы однажды его покинуть, и бабочки не исключение. Просто их век короче нашего. Но если тебе по-прежнему грустно, смотри на них как на урок. Учись ценить моменты, не упускай ничего, что может оказаться важным. Хотя, кое в чём я с тобой согласен: истинная печаль заключается вовсе не в быстротечности жизни, а в том, что многие уходят, так и не испытав радости полёта… Я слышал твой отец придерживался странных методов воспитания.

– Я бы это так не называла.

– Он держал тебя взаперти, – чуть резче прежнего, заметил Гамлет.

– На надомном обучении, – с важным видом поправила Офелия.

– Это одно и то же.

– Нет, другое!

– Как скажешь, – согласился он, увидев неодобрительную морщинку, наметившуюся между бровей девушки. – Идём смотреть цветы? Их выжило немного, но, если постараемся сможем вернуть теплице приличный вид.

– Не теплице, а оранжерее.

– Одно и тоже.

– Другое, – теперь уже ухмыльнулась Офелия и, несмотря на тяжесть состоявшегося разговора, бодро зашагала к дверям оранжереи.