Внезапно из-за нее появляется Леннон с мягкой улыбкой на губах, ее зеленые глаза встречаются с моими.
— Привет, — тихо говорит она. — Ты не отвечал на мои сообщения и звонки, поэтому я просто… пришла сюда, — то, как она это говорит, звучит нерешительно, будто она беспокоится, что я могу быть против.
— Черт, — говорю я, хватая телефон и глядя на экран. Там как минимум дюжина звонков и сообщений от нее. — Я учился, и мой телефон был на беззвучном. Прости, малышка.
— Все в порядке, — она поворачивается к моей маме и протягивает руку. — Здравствуйте, миссис Дэверо. Извините, что не представилась, когда пришла. Я Леннон, девушка Сейнта.
Это что-то новенькое… Да, мне это чертовски нравится.
Моя девушка. Моя Золотая Девочка.
Лицо мамы тут же смягчается, ее карие глаза морщатся в уголках, когда она улыбается Леннон.
— Привет. Я Стефани. Приятно познакомиться, Леннон. Думаю, именно ты заставляешь моего сына так улыбаться?
Я даже не осознавал, что улыбаюсь, наблюдая за их общением, пока она это не сказала.
Щеки Леннон розовеют.
— Я оставлю вас наедине, но… спасибо, что делаешь его таким счастливым, Леннон. Он заслуживает немного счастья в своей жизни, — с последним взглядом она уходит, закрывая за собой дверь.
Ее слова ударяют меня прямо в грудь, и что-то незнакомое неожиданно сжимает мое сердце.
«Мы оба заслуживаем», — хотел я сказать.
Но я знаю, что когда мама будет готова, она даст мне знать. Она просто… еще не готова говорить, не готова признать, что мой отец ей не подходит. Не готова разбираться, что будет дальше. Сейчас, думаю, мы просто живем день за днем. Это все, что мы действительно можем делать.
— Прости, что вот так врываюсь, я просто…
Я пересекаю комнату в два шага и прерываю ее поцелуем, целуя так, будто не видел ее восемь часов назад. Черт, я люблю ее вкус.
И как она тает в моих объятиях.
Когда отстраняюсь, ее глаза затуманены, а губы припухшие от поцелуя. Я поднимаю руку, проводя большим пальцем по ее нижней губе, ухмыляясь, когда она приоткрывает рот.
— Тебе никогда не нужно извиняться, малышка. Я рад, что ты здесь. Я хотел, чтобы ты познакомилась с моей мамой, так что все хорошо.
— Я… я на самом деле здесь по важной причине, Сейнт, и я боюсь, что ты можешь рассердиться на меня, но… — она замолкает, поднимая ноутбук. — Мне нужно тебе кое-что показать.
Чувство тревоги наполняет мой живот. Черт. Что происходит?
Я наблюдаю, как она несет ноутбук к моему столу, ставит его и открывает, прежде чем повернуться ко мне.
— Я знаю, ты говорил, что хочешь оставить все это дело с моим отцом в прошлом, но, Сейнт… я не могла просто так отпустить это. Понимаю, почему ты хочешь двигаться дальше. Я тоже этого хочу. Просто не смогла отпустить после того, как узнала все это, и с тех пор во мне живет это назойливое чувство, что что-то не так. Моя интуиция подсказывала прислушаться, — она нажимает несколько клавиш на компьютере и открывает что-то похожее на местную новостную станцию. Ее взгляд устремляется на меня. — Думаю, тебе лучше сначала посмотреть это.
Я понятия не имею, что происходит, когда она нажимает «Воспроизвести».
На экране что-то вроде пресс-конференции. Большой деревянный подиум с множеством микрофонов, камера направлена прямо на него. За ним высокий, крепкий чернокожий мужчина с густыми усами в форме полиции.
— Здравствуйте, спасибо, что пришли сегодня. Меня зовут Маршалл Роббинс, я детектив из отдела финансовых преступлений. Я здесь, чтобы сделать заявление об аресте, который произошел примерно в 17:30 в частном доме на Сент-Чарльз-авеню. Мы задержали мистера Эдварда Руссо по следующим обвинениям: подкуп государственного служащего, препятствование правосудию, неуважение к суду, лжесвидетельство и мошенничество. Полицейское управление Нового Орлеана серьезно относится к этим обвинениям, и мы будем расследовать их в меру своих возможностей. Из-за резонансного характера этого дела мы публикуем это заявление, чтобы информировать общественность и предотвратить распространение ложной информации. Мы будем тесно сотрудничать с окружной прокуратурой Нового Орлеана и предоставим дополнительную информацию, когда она появится.
Леннон останавливает видео и поворачивается ко мне, в ее глазах стоят непролитые слезы.
Кажется, я в шоке, потому что застываю на месте, пытаясь осмыслить то, что, черт возьми, только что услышал, что вообще происходит.
Моргая, я хрипло спрашиваю:
— Малышка… что ты сделала?