На самом деле не так больно, как я представляла. Скорее, это жгучее, острое ощущение, пока мое тело растягивается, чтобы принять его.
— Бооже, Леннон, — он хрипло стонет. Легкий дискомфорт отступает, когда я наблюдаю за ним. Его ноздри раздуваются, челюсть напряжена, зубы стиснуты.
Он явно изо всех сил пытается сохранить самообладание.
Внезапно его губы находят мои, сталкиваясь с ними так, будто он не мог прожить без этого ни секунды дольше. Его язык проникает в мой рот, пока он целует меня так, что перехватывает дыхание, и я медленно, сантиметр за сантиметром, опускаюсь на него. Это мучительно медленное погружение — смесь дискомфорта и наполненности, которую я никогда не испытывала.
— Да, вот так моя хорошая девочка, — хвалит он, сжимая мои бедра, поддерживая меня. — Ты так чертовски хорошо принимаешь мой член, малышка. Черт, просто посмотри на себя.
Мой взгляд падает на то место, где мы соединены, его огромный, испещренный венами член входит в меня.
— О боже, — я стону, закрывая глаза. — Это всего лишь кончик, Сейнт!
Его смех низкий и хриплый.
— Ты сможешь принять его. Я знаю. Покажи мне, как эта тугая маленькая киска создана для меня, Леннон, создана, чтобы принимать мой большой член.
Боже, как я обожаю это. Его грязные, непристойные слова.
Я никогда не думала, что меня так возбуждает, когда кто-то говорит со мной подобным образом, но каждый раз, когда он это делает, мне становится так горячо внутри, так мокро…
Прерывисто выдыхаю, опускаясь на него все ниже, пока не достигаю точки сопротивления, где кажется, будто он разорвет меня своим большим членом. Мои ногти впиваются в его плечи, глаза зажмурены.
— Ну конечно, у тебя до идиотизма огромный член, — бормочу я, замирая неподвижно.
Я чувствую, как он смеется подо мной.
— Кажется, я предупреждал тебя об этом при встрече.
Как всегда, самоуверенный.
И, как всегда, невероятно сексуальный.
— Подыши, малышка. Станет нам лучше, как только ты прочувствуешь момент. Просто сосредоточься на мне.
Я смотрю, как он плюет себе в ладонь, прежде чем поднести пальцы к моему клитору и начинает медленно водить по нему, применяя идеальное давление, посылая через меня разряд удовольствия.
— Давай, малышка, трахни себя моим членом. Прими меня, как хорошая девочка.
Он буквально направляет меня словами, и это именно то, в чем я нуждалась и даже не подозревала.
Я проглатываю тревогу и делаю глубокий, дрожащий вдох, прежде чем медленно опуститься на его член полностью. Боль длится всего мгновение, пока он разрывает мою девственность, но затем… быстро стихает, превращаясь в пульсирующую глухую боль внутри.
Я полностью опустилась, мой клитор касается коротких, мягких волос у него на лобке. Руки Сейнта нежно скользят по моим бедрам, спине, его губы прикасаются к моей горящей коже.
— Вот так, малышка. Я так горжусь тобой, — хрипло говорит он. — Черт, ты так хороша, Леннон. Так чертовски хороша, сжимаешь мой член, — я чувствую, как он пульсирует во мне, его пальцы впиваются в мягкую кожу бедер, удерживая меня неподвижно, его дыхание сбито. — Не двигайся, или я кончу. Мне нужна секунда.
От этой мысли дрожь пробегает по спине, и впервые я осознаю… как сильно мне бы этого… хотелось.
Взгляд Сейнта темнеет, скользя по моему лицу, уголок его губ изгибается в сексуальную ухмылку.
— Тебе это нравится.
Это не вопрос, а утверждение.
Горячая краска заливает мою шею, устремляясь к щекам. Не знаю, почему мне вдруг стало стыдно за это, возможно, потому что это так интимно, так эротично. Мысль о том, чтобы он кончил внутрь, так заводит.
— Боже, малышка, я чувствую, как ты сжимаешься вокруг меня. Ты хочешь, чтобы я наполнил тебя? Накачал твою дырочку своей спермой, пока она не будет вытекать из тебя, а?