Он сглатывает, и его губы изгибаются в ироничной улыбке.
— Кто бы мог подумать, что я найду столько покоя в себе самом рядом с тобой — с техасским огненным шаром, полной противоречий, замаскировавшейся под журналистку.
— Черт тебя побери, — бурчу я, когда слезы всё-таки побеждают.
— Если оглянуться назад, — продолжает он, — думаю, я знал, что ты где-то есть, и просто ждал.
Он крепко целует меня и отстраняется.
— Моя жена, — в его голосе звучит изумление. — Ты меня нашла.
— Истон, — выдыхаю я, чувствуя, как сердце сжимается до боли. — Тебе правда нужно прекратить. Я еще как-то смирилась с тем, что ты красивый, умный, талантливый, самоотверженный и чертовски хорош в постели, но добавлять к этому безнадежного романтика — это уже слишком.
Он усмехается и легко касается губами моих.
— Детка, ты даже не представляешь, как это чертовски приятно — знать, что ты любишь меня так же, как я люблю тебя.
— И как же мы любим друг друга? — спрашиваю я.
— Целиком. Без условий. И окончательно.
— Господи, — всхлипываю я, перелезая через консоль. — Ты просто обязан был сыграть по-крупному, да? Ладно.
Я устраиваюсь рядом с ним в этом крошечном пространстве, решив рискнуть и возможным арестом.
Он того стоит.
Глава 48
Натали
На вершине одного из горных хребтов, через которые мы только что проехали, мы останавливаемся. Выходим из машины, разминаем ноги и идем к смотровой площадке за невысокой кирпичной оградой, примерно по пояс.
— Ого… Истон. Вау, — говорю я, оглядываясь по сторонам. — Жаль, у нас нет камеры.
— У меня есть телефон, — предлагает он и тянется к карману.
— Никаких телефонов, — сразу отвечаю я.
Мы на мгновение настороженно смотрим друг на друга. Потом он тихо выдыхает:
— К черту.
В итоге он включает телефон. Через пару секунд его лицо расплывается в улыбке, и он поворачивает экран ко мне.
— Связи нет.
— Слава богу, — с облегчением выдыхаю я. Нас пронесло: пуля в этой рулетке не выстрелила.
Он оставляет телефон включенным ровно настолько, чтобы сделать селфи. В кадре — наши одинаковые улыбки; за ними он умудряется захватить сплошную полосу древесных крон внизу, в долине, и немного окружающих скал. Потом делает еще несколько снимков панорамы, выключает телефон и берет меня за руку.
По дороге обратно к машине я останавливаюсь у группы ремесленных столиков, мимо которых мы прошли ранее. Подхожу к первому и осторожно задерживаюсь, разглядывая женщину за прилавком, ищу в ее лице хоть малейший намек на узнавание рок-звезды, стоящего рядом. Она приветливо улыбается, и в ее ответном взгляде нет ничего настораживающего, когда я снимаю с боковой стойки белый ловец снов.
— Какая красота, — говорю я и, обернувшись, поднимаю его, показывая Истону, который рассматривает соседний столик. — Милый, берем?
Истон тут же кивает и в ответ поднимает барабан ручной работы размером с тарелку; сверху на нем свисают темные деревянные палочки.
— И это тоже тебе. Для следующего урока.