Брючкина. Что ты такой скучный?
Гогенштауфен. Я не могу.
Брючкина. Чего?
Гогенштауфен. Я измучен. Я не спал ночь.
Брючкина. Ах ты, шалун. Что делал?
Гогенштауфен. Работал.
Брючкина. Хи-хи-хи.
Гогенштауфен. Не понимаю — кому это нужно? Зачем вы...
Брючкина. Ах, вот что... Ты прав. Идем!
Гогенштауфен. Куда?
Брючкина. Ко мне. Я не буду тебя больше мучить. Идем! Ах! (Обхватывает его.)
Гогенштауфен (кричит). А, будь ты трижды рыжей!
На секунду вспыхивает яркий свет. На голове Брючкиной вырастает тройная рыжая прическа. Над бровями — тройные рыжие брови. Рыжие ресницы. Веснушки покрывают ее лицо.
Брючкина. Что со мной?!
Гогенштауфен. Ах, я несчастный!
Брючкина. Что за выходка такая!
Гогенштауфен. Вы стали трижды рыжей.
Брючкина (достает из кармана зеркальце). Ах! Какое хамство! Зачем вам это надо? Это вы из ревности! Вы увидели, что все мужчины на меня бросаются, и облили меня перекисью!
Гогенштауфен. Честное слово, нет.
Брючкина. Хам! Паршивец! Вы хотите меня таким образом приковать к себе. Это насилие! (Визжит.) Насилие!
Гогенштауфен. Тише, ради Христа!
Брючкина. Нет, я устрою скандал на весь парк! Пусть все видят, до чего вы в меня влюбились! (Визжит.) Насилие! (Убегает.)
В кустах хохочет Упырева.
Гогенштауфен. Что будет! Что будет! Что делается!
Вбегает Маруся.
Маруся!
Маруся. Оставьте, пожалуйста...
Гогенштауфен. Маруся!
Маруся. Что от меня людям надо?!
Гогенштауфен. Маруся!