— Давайте просто согласимся не соглашаться, — сказала я, когда искажение подплыло ближе. — Но если я увижу хотя бы намёк, что эта штука хочет вернуться… — Я осеклась, плечи опустились. Я не была уверена, что мои слова вообще что-то значат. Бенедикт был прав. Университет этого хотел. И при всей его лести про выбор меня, уважение моего мнения и безопасный продукт, если к моим словам не прислушивались — да их даже не замечали, — я была не больше, чем мусорщицей за столом с крысами. Чёрт, надо было поесть.
— Чёртова бюрократия, — пробормотал Ног, когда я устроилась на диване с бокалом вина, чтобы закатить себе приличную вечеринку жалости. Я не там ожидала оказаться сейчас в своей жизни. Я привыкла к свободным деньгам, но могла бы найти другого соседа. Лев, например. Он, вроде, не возражал выпускать Плака.
Лицо Нога сморщилось, он выбрался из-под Плака и встал.
— Пошли.
Сочувственное похлопывание Джессики вспыхнуло злостью.
— Ног… — запротестовала она.
Он спокойно кивнул в сторону Даррелл, которая за столом плела узловатые шёлковые нити.
— Мы не помогаем, — сказал он низким голосом. — Ты себя сплетнями накормила—
— Я не за этим здесь, — сказала Джессика, обнимая меня боком.
— Со мной всё в порядке. Правда, — сказала я, хотя нос уже предательски ныл. Я втянула сопли обратно. — Просто надо было сначала поесть.
Объятие Джессики стало крепче.
— Давай, Петра. Сегодня ты ночуешь у меня, — сказала она и бросила на Кайла резкий взгляд, когда тот вдохнул, собираясь возразить. Я это оценила, но не была уверена, что сейчас вообще способна встать. — Твой велосипед влезет в багажник, — добавила она. — А мой арендодатель одну ночь на Плака потерпит.
— А как насчёт суши и кино? — предложил Кайл, и Джессика едва не оскалилась на него.
— Нет, — сказала я, куда более благодарная за сам жест, чем она когда-нибудь узнает. — Со мной всё нормально. Мы с Плаком справимся. — Я моргнула, глядя на лабиринт дросс-го; фокус расплывался. — Я просто немного посижу здесь. — Я подняла голову. — Ничего, Даррелл?
— Да, мэм! — отозвалась она издалека.
Джессика всё ещё колебалась, тревога сжимала ей глаза, пока она стояла рядом.
— Мы с тобой поужинаем на этой неделе, хорошо? — сказала она, снова сжав мне плечо. — За мой счёт.
Я кивнула, и она неохотно направилась к выходу, подталкивая перед собой Кайла. Ног уже был там и ждал, успев открыть дверь заранее.
— Эта Эшли — избалованная стерва, — услышала я голос Джессики, когда они выходили. — Никогда она мне не нравилась.
Я вздохнула и сделала глоток вина.
— А мне — да, — прошептала я. Правда. Да, — добавила про себя.
Плак растянулся на диване и, по-собачьи перебирая лапами, придвинулся, пока его голова не уткнулась мне в бедро. Я опустила руку, чтобы погладить его.
— Даррелл, почему я позволяю им так на меня действовать?
— Такая у тебя натура, — её голос прозвучал отчётливо в тишине, даже с другого конца комнаты. — Твой отец был таким же.
Я вспомнила про жезлы, оставленные в одном из серых шкафчиков на полпути через кампус Сент-Уно.
— Мне пора идти, — сказала я, но, поставив бокал на стол, так и не смогла подняться. Я упёрлась локтями в колени.
И так и сидела. Не двигаясь.
— Не спеши. — Бусины тихо звякнули, когда Даррелл подошла и положила мою пустую сумку на пол, устраиваясь на диване рядом. Красная шёлковая нить с узлами всё ещё была у неё в руках, и, наблюдая, как она обводит её вокруг металлического кольца, я поняла, что это поводок.
— О, спасибо, — сказала я, когда она протянула его мне. — Так будет гораздо проще довести его домой. Красивый, — добавила я, не чувствуя ни малейшего покалывания дросса. Узлы были чисто декоративными.
— Пожалуйста. Он без дросса. Я не хотела рисковать и привлекать что-нибудь. — Помедлив, она сделала глоток прямо из бутылки. — Мне не стоило пить. Дел полно. Убери стол дросс-го. И заделай ту дырку, может быть, — кисло закончила она.