Три вида удачи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Процесс слишком простой, чтобы в нём был изъян, — сказал он. — Любой сможет это сделать. — Его взгляд метнулся ко мне. — Эм. Прости. Я имею в виду: если ты можешь удержать тепловой сдвиг первого класса, ты можешь сделать дросс инертным. Это похоже на то, как делают теневые кнопки, но устраняет расширенную структуру, которая притягивает тень. Собственно, оттуда и пришла идея. Антон очень помог на ранних этапах. Он пришёл к нам из индустрии теневых кнопок. Мы просто не понимали, как сделать дросс невкусным для тени, пока не обратили внимание на резы.

Теперь мне стало интересно, и я подошла ближе.

— Но резы притягивают тень.

— Ага, — не отрываясь от работы, сказал Бенедикт. — Потому что они переводят дросс в инертное состояние.

Я это знала и прислонилась к столу, гадая, к чему он клонит.

— Продолжай.

Лора вставила обратно в пенопласт второй, дважды измеренный флакон.

— Мы выяснили, что у инертного дросса молекулярная структура, более расширенная по сравнению с активным.

И тут я их потеряла.

— Притяжение тени зависит от плотности дросса, — добавила Лора, заметив моё замешательство. — Ладно. Вода расширяется, когда охлаждается. Как трубы, которые лопаются зимой.

Я не знала зиму от космических пришельцев, но кивнула. Кубики льда занимают больше места в форме, чем вода. Проверено.

— С дроссом то же самое, — продолжил Бенедикт. — Резы охлаждают и расширяют дросс, пока он не станет инертным. Тень распознаёт это естественно расширенное состояние. Мы выяснили, что, если охладить дросс, не меняя его плотность, тень его не трогает. Она не может понять, что он инертный.

Брови у меня поползли вверх — начало складываться.

— Нагрев до экстремальной температуры перед охлаждением сохраняет плотность? — спросила я. Его объяснение было куда понятнее тех заумных заметок, что он мне дал. Явно отрепетировал для спонсоров.

— Именно, — уверенно сказал Бенедикт.

А вот я была не так уверена.

— Откуда вы знаете, что он не притягивает тень? — спросила я.

Карандаш Лоры скрипнул, когда она писала на ампуле.

— Я прогоняю его через пулемер, чтобы проверить потенциальную активность, а Антон для надёжности проводит случайные образцы рядом с тенью.

— У вас тут есть тень? «Прямо на месте?» — спросила я, внезапно насторожившись.

— Антон сертифицирован для работы с ней, — сказал Бенедикт. — Он постоянно с тенью работает.

Никто не работает с тенью постоянно.

— Ладно, — сказала я и взглянула на безмолвный балкон. Только бы Антон не держал её у себя в кабинете.

Лора сдвинула защитные очки вверх по носу, укладывая D-2 в губчатую ячейку и доставая D-3.

— Сейчас мы делаем инертный дросс для четвёртой группы.

Взгляд Бенедикта был прикован к ампуле внутри его пси-поля.

— Процесс начинается с высвобождения отмеренного дросса, имитируя его рождение в конце заклинания.

— Та-да, — сказала Лора на мягком пудунк, когда Бенедикт вскрыл ампулу шипом.

Дросс вылился наружу — сверкающее искажение, закручивающееся так, что проявлялась форма поля Бенедикта.

— Пока слежу, — сказала я, и он нахмурился на мой сарказм.