— Нет, вовсе нет. Как насчёт того, чтобы как-нибудь вернуться к тренировкам?
— Скажу, было бы неплохо.
— Отлично, тогда решим когда.
— Я позвоню тебе.
Я вышла из здания Castle и села в первое попавшееся такси.
Этот вечер мне необходимо вычеркнуть из своей жизни.
Глава 22
Он
You're not sorry
Балтимор, октябрь 2022
— Спасибо за вечер, Бо, вернуться в Castle, наблюдать за тренировками команды и видеть, как ты бегаешь, — это всегда неповторимый восторг.
— Спасибо, тренер, что приняли приглашение.
— И не забудь прийти на мой день рождения. Вся моя семья с нетерпением ждёт возможности снова тебя обнять.
— Конечно, приду.
Мистер Льюис помахал мне на прощание, и я направился к машине. Однако, обернувшись, я не увидел там Келли. И действительно, она шла к противоположному краю парковки.
— Келли! — позвал я, но она продолжила свой путь. Я догнал её, готовый к подзатыльнику. Я заслужил.
Как будто тот факт, что я обращался с Пенелопой как с дерьмом, уже не заставлял меня чувствовать себя достаточно виноватым.
Я знал, что должен успокоиться, но Пенелопа вынуждала меня сомневаться в том, чего я хочу, и особенно в том, что я могу ей доверять.
— Давай, скажи мне, что ты хочешь сказать, и покончим с этим.
— Не уверена, готов ли ты услышать то, что я скажу, потому что сегодня вечером я получила доказательство того, что ты будешь Джуниором до конца своих дней.
— Ты знаешь, я не хочу, чтобы ты говорила обо мне, особенно с Пенелопой! Ты заставила меня нервничать и...
— Я вовсе не говорила о тебе, я говорила о себе. Мы смеялись, шутили, проводили приятный вечер, и Пенелопа была прекрасна, такой, какой я её помнила. А потом появился ты, в образе засранца, и всех остудил! Почему её не было с нами за столом? Что ты ей сказал?
— Она не просила меня присоединиться к нам, так что я не видел причин вносить её в список гостей.
Келли попыталась отвесить мне затрещину, как делала в детстве, но я был слишком высок и без труда увернулся.
— Что тебе подсказывает твой разум, Бо Бакер? Так обращаться с людьми? Ты не понимаешь, что сам должен пригласить её, а не наоборот!
— Хватит о Пенелопе, она не имеет никакого отношения к этому разговору.
— Она имеет к нему самое непосредственное отношение, и если Альфред поверил в ложь своей дочери о том, что ей пришлось уехать из-за обязательств, то я на это вообще не куплюсь!
— Келли, ты сама напросилась. Временами ты сильно выходишь за рамки, так что это уже не первый раз. И я не сомневался, — ты проболтаешься о том, что должно остаться между нами, я был уверен в этом!
— Я выхожу за рамки? А что насчёт тебя? Давай-ка, займёмся самоанализом и с тобой, и на этот раз я не стану избегать упоминания о нём. Хочешь, скажу тебе правду? Вот она, на серебряном блюдечке: ты похож на своего отца, такое же тесто! Ты окружаешь себя людьми, которых привлекает то, чем ты владеешь, а не то, кто ты есть. Ты отталкиваешь людей, которые тебя любят, и рискуешь закончить жизнь, как твой старик. Он умирает, Бо, умирает в одиночестве на больничной койке и без сына, который живёт в двадцати минутах езды от него, но не хочет зайти и поздороваться. Вот что случится с тобой, если будешь продолжать в том же духе.
— Ты не сможешь изменить ситуацию, играя на моём чувстве вины.