Гу Фен вонзил меч прямо в голову солдата. Раздался неприятный хруст, безумец еще разок дернулся и затих.
– Командир, тут еще! – закричал воин в стороне.
– И здесь!
– Цельтесь в голову! – приказал Гу Фен.
Быстро расправившись с целым отрядом, Гу Фен обернулся к воротам и приказал:
– Немедленно уходите из города и запечатайте все ворота! Никто не должен зайти или выйти!
– А как же вы, командир?
– У меня еще остались дела здесь!
– Тогда я пойду с вами! – вызвался один из воинов.
– И я!
Гу Фен поморщился, но спорить не стал.
– Остальные – выполняйте мой приказ! До прибытия командующего Ю больше никто не смеет покидать Кушон!
Этот рассвет над Кушоном тонул в серой дымке. Стоя на крыше пагоды Дун, Шен видел весь город у своих ног: огонь, все еще пожирающий дома на западе; крышу здания магистрата; улицу, ведущую к монастырю, заполненную безумными солдатами. Когда Шен бежал сюда вместе со всеми, он не осознавал, что солдат так много. Пока они прорывались в монастырь, каждый убил не меньше полусотни, но тех, кто остался, оказалось несоизмеримо больше. Словно в честь великого праздника, вся улица была заполнена людьми, последние ряды терялись где-то за домами. Передние ломились в ворота монастыря и наседали на стены, но благо оказались слишком глупы, чтобы влезать друг на друга, сооружая живую лестницу.
Спасшиеся в монастыре Дун жители сидели прямо во дворе. Между ними бродили монахи, предлагающие еду и питье. Знакомого настоятеля не было видно, зато по двору сновал монах с сизыми волосами, а вслед за ним хвостиком бегал молодой послушник.
Шен вновь встал на меч и перелетел поближе к воротам, где в воздухе завис старейшина пика Славы. Муан напряженно вглядывался в один из трупов, мешком лежащих на повозке.
– По-моему, он дернулся.
Сердце Шена пропустило удар. Одно дело – несколько тысяч безумных солдат, которых нужно излечить или уничтожить, совсем другое – несколько тысяч безумных солдат, превращающих в зомби всех, кого кусают. Такая зараза могла мором прокатиться по стране.
В этом заключается новый хитрый план Админа?
Успокаивает, что в таком случае ему хотя бы нет никакого смысла уничтожать город с помощью печати. Однако на сим позитивные стороны заканчиваются. Из огня да в полымя.
– Может, тебе показалось? – с надеждой произнес Шен.
Словно в злую насмешку над его словами, труп резко дернулся и, спрыгнув с повозки, присоединился к толпе. Теперь здесь были не только безумные солдаты, но и очевидно мертвые.
Заметив движение краем глаза, Шен поднял голову и увидел, что со стороны поднимающейся от пожара дымки летит заклинатель. Спустя минуту можно было рассмотреть в его очертаниях старейшину Лунг Рита. Спустя еще минуту он подлетел к Шену и Муану.
– Старейшины, я рад, что вы в добром здравии, – окинув их взглядом, заявил тот.
– Аналогично, – сухо отозвался Муан. – Где вы были все это время?
Лунг Рит поморщился:
– Закончив со своими точками построения, я собирался продолжить поиски печати секты Хладного пламени, но затем увидел зарево пожара. Я полетел туда, чтобы проверить, что произошло, но наткнулся на эти странности в городе. Полагая, что не все смогли закончить свои построения, я решил облететь город и проверить все точки.
– Так, значит, вы из нас самый осведомленный и в курсе, что творится в других районах?
– Можно и так сказать, – согласился Лунг. – Эти мертвецы уже повсюду, а контрольное бюро запечатало городские ворота.
– Это обнадеживает, безумцы хотя бы не разбредутся по окрестностям… Но почему вы называете их мертвецами?
– Насколько я могу судить, нечто воздействует на их разум. Это похоже на запретное искусство – яд ку. Вместе с водой или пищей человек проглатывает заколдованных мутировавших паразитов. Пока хозяин-заклинатель не активирует их действие – человека еще можно спасти, но после активации паразиты необратимо повреждают мозг. Так что, как ни прискорбно, все эти люди, – Лунг указал на толпу за воротами, – уже живые мертвецы.