– Так весна же.
Шен уставился на него с выражением: «Ну и что, что весна? Ты забыл, где мы находимся?»
Муан, хоть и прочитавший все по его лицу, не смог проникнуться серьезностью момента. Он заявил:
– Ну хочешь, я заставлю учеников перекрасить черный замок? Какой предпочитаешь? Белый? Красный? Или можно сделать его цветным…
Шен представил эту картину и рассмеялся. С трудом верилось, что это возможно реализовать, но в воображении все выглядело ужасающе безвкусно.
– Ты вознамерился вконец погубить мою репутацию самого пугающего старейшины? – наигранно возмутился Шен.
– Мне казалось, ты сам говорил, что твою репутацию ничего не сможет испортить.
– Это если ее чернить, – наставительно произнес хозяин Проклятого пика. – А ты что намереваешься делать? Отбелить ее и раскрасить?
Муан расплылся в предвкушающей улыбке.
– Нет-нет-нет! – со смехом воскликнул Шен. – Никакого отбеливания репутации! Я уже привык, что передо мной трепещут!
Он повел мечника к черному замку.
Муан хотел было продолжить словесную баталию, но в голову ничего не шло.
Шен потянул на себя дверную створку, и под ноги ему вывалился Рэн. Старейшина пика Росного ладана тут же пришел в себя и подскочил, отряхивая одежду. Вид у него был такой, будто он пережил не лучшую ночь в своей жизни.
– Ты зачем там сидел? – удивился Шен.
Муан за его спиной скорчил такую рожу, что Рэн оторопел. Мечник пытался одновременно выразить возмущение: «Какого демона ты никуда не ушел?!» – и угрозу: «Если ты сейчас не уберешься, я тебя прибью!» – но лицо не справилось с возложенной задачей, и его перекосило.
– С тобой все в порядке? – встревожился Шен, поскольку Рэн буквально потерял дар речи.
Шен посмотрел ему за спину, беспокоясь, что где-то могла притаиться издевающаяся над ним лисица, но холл был пуст.
– Э-э… – Рэн с трудом оторвал взгляд от лица Муана и повернулся к Шену. – Мне пришлось сидеть здесь всю ночь!
– Мог бы посидеть в своей комнате…
– Благодарю покорно, там слишком пыльно!
– Мог бы подмести…
Рэн с возмущением уставился на Шена, будто тот предложил ему какое-то порочащее его честь занятие.
Вздохнув, Шен махнул рукой, понимая, что с ним бесполезно спорить, и вошел в черный замок. Муан последовал за ним, как бы случайно отпихнув Рэна плечом. Старейшина пика Росного ладана снова не понял более чем красноречивый сигнал прославленного мечника и потянулся следом. Муан нагнал Шена и, взяв под руку, обернулся к Рэну.
Тот недоуменно приподнял брови, начиная подозревать, что старейшина пика Славы чем-то отравился с утра.
Шен постарался не обращать внимания на их переглядывания и потянул Муана в сторону подвала.
– Давайте уже разберемся с этой мебелью.
Мечник смиренно последовал за ним, а Рэн, нерешительно дернувшись из стороны в сторону, положил руку на меч и тоже потянулся за старейшинами, только с большой опаской.
– Кхм… – неуверенно кашлянув, начал он. – Так та история про лисицу – правда?
– Какая история? – переспросил Шен, зажигая огонь на ладони.
– Ну что она… воет в подвале… от безответной любви…