– Та ты шо! И ты молчал? – Ашуров аж сплеснул руками.
– Мда… Ты только в роту пришел, а уже заинтересовал по полной. Ладно, потом поговорим. Иди, готовься, чекист. – Гордиенко, судя по всему, был сильно озадачен.
Следующие схватки прошли довольно буднично. Буднично для самого Максима Зверева. Но не для военнослужащих учебного полка внутренних войск, где проводились в тот день соревнования по самбо на первенство части. Через пятнадцать минут слух о необычном щегле-первогодке из первой роты спецназа разнесся по всей учебке. И все, свободные от дежурства солдаты, а также все молодые, которые еще не дошли до спортзала, сбежались посмотреть на соревнования. Ну, конечно, пожаловали и деды, которых в учебной части было немного, но писарь из штаба, дрессировщики служебных собак, повара и прочие «блатные» не преминули посетить шоу.
Макс особо не мудрил, применяя приемы, которые были им заучены до автоматизма. Один раз он все-таки применил «висячку» – довольно сложный самбистский прием, когда сходу запрыгиваешь на соперника, захватывая сразу его руку на болевой. А после того, как соперник падает на ковер, проводится рычаг локтя. Зрители были в восторге – орали, хлопали в ладоши, даже свистели. На «огонек», точнее, на шум и гам пожаловал командир полка полковник Баталов. Да так и остался, с удивлением наблюдая, как какой-то худенький и тощий новобранец раскатывает по ковру довольно опытных самбистов, которые служили уже второй год.
Самым сложным оказался финал. Максиму попался действительно опытный борец. По всем параметрам соперник был не подарок – «дедушка», который через три месяца должен уйти на дембель, плотно сложенный, мускулистый, разве что ниже его ростом. Но это как раз было минусом для Зверя, ибо в борьбе высокий рост скорее недостаток, нежели преимущество. А Макс был тонкий и худой, как глиста. Да и силенок уже не хватало – на солдатские харчи после мамкиных разносолов не сильно зажируешь. Так что техника техникой, а могло элементарно не хватить физической силы и выносливости. Что Макс почувствовал сразу же, как только попался на захват.
Соперник был силен, очень силен. И опытен. Причем, видимо, боролся он не только по самбо, но и как вольник тоже – руки цепкие, в партере прекрасно себя чувствует, значит, надо что-то выдумывать. Причем, максимально быстро, а то силы на исходе. «Дедушка» кислую капусту с прогорклым горохом не кушает, небось, жареной картошкой себя балует.
Макс собрался и стал работать только на контратаках, норовя поймать соперника на ошибке. И очень скоро поймал.
Соперник попытался пройти Максу за спину из стойки, и таки смог это сделать. Видимо, он хотел завершить схватку зрелищным броском прогибом назад. Но при этом он поспешил и не заблокировал своему оппоненту руки. И Максим эти сразу же воспользовался. Во-первых, он на всякий случай своей правой ногой зацепился за правую ногу соперника, чтобы тот его не бросил через себя. А потом, отжав обхватывавшие его руки соперника вниз, левой рукой цепко схватил кисть его правой руки, а своей правой рукой, полуобернувшись назад, прошел под бицепсом правой руки обхватившего его соперника, и схватил себя за свою же левую кисть. После чего, сделав полуоборот, упал на спину, точнее, уже на бок, потянув соперника за собой в партер. И тут же сделал болевой прием на плечевой сустав, который позже, в его будущем придумает японец Масахико Кимура. И который так и назовут его именем – «кимура».
Вообще-то, этот прием ранее был известен, как обратный узел руки или гяку-удэ-гарами. Но после того, как Кимура победил этим приемом родоначальника бразильского джиу-джитсу Элиу Грейси, обратный узел руки стали называть кимурой. Увы, в советском самбо пока что приемы из японского дзюдо и джиу-джитсу не прижились, потому что наши самбисты успешно громили японских дзюдоистов на многих чемпионатах. Но вскоре картина поменяется…
…Зал неистовствовал. Какой-то щегол стал чемпионом части, победив в финале действовавшего чемпиона, да еще и «дедушку», который выигрывал чемпионат КСАВО – Краснознаменного Средне-Азиатского военного округа по самбо. Да как победил – продемонстрировал такую технику, которую не на каждом чемпионате Союза увидишь. Старший лейтенант Гордиенко сиял – полковник Баталов лично поздравил стралея с чемпионом из его роты. Ашуров вообще ликовал, ведь это он, он заметил этого щегла и взял его на соревнования! А Зверев, переводя дух, пытался анализировать произошедшее… И не мог понять, где же он оказался и почему?
До роты его вызвался проводить Гордиенко, отправив всех сослуживцев Зверева под командой сержанта Новиченко по прозвищу БТР, в расположение роты. Шагая по свежевыпавшему снегу, Гордиенко продолжил беседу.
– Интересный ты парень, рядовой Зверев. Ничем не выделялся, задохлик такой, очкарик, и вдруг – на тебе! Самбист. Да какой! У меня ребята два года из зала не вылезают, а таких результатов не дают. А ты говоришь – три года занимался? Все равно не верится. Ты тут уровень мастера спорта показал. Последний прием я вообще никогда нигде не видел. Да когда Вершинин тебя сзади схватил, все, думаю, амба. Вершинин – мастер спорта по классической борьбе, он бы тебя броском прогибом за ковер выкинул бы. Это его коронка! А тут ты так вывернулся… Нет, непростой ты парень, Зверев, не простой…
В этот момент сзади подбежал солдатик с повязкой дежурного по КПП.
– Товарищ старший лейтенант, Вас там командир части полковник Баталов ищет, срочно вызывает на КПП.
– Что там еще стряслось? – Гордиенко недовольно посмотрел на дежурного.
– Не могу знать, товарищ старший лейтенант, только полковник злой очень, – солдатик испуганно заморгал.
– Ладно, Зверев, иди в расположение, я приду, и мы продолжим. Сержанту Новиченко скажешь, чтобы после отбоя тебя в мой кабинет отправил, так что ты не отбивайся, а дождись меня. Продолжим разговор. Да и с победой тебя надо как-то поздравить… Чайку попьем. Любишь чай? Вооот, значит договорились. Все иди, я скоро буду, – Гордиенко кивнул и пошел вслед за дежурным на КПП.
Макс пошел в роту. Но дойти ему было не суждено – когда он проходил мимо питомника для служебных собак, из-за угла навстречу ему выдвинулись несколько фигур. Среди них Макс узнал своего недавнего соперника – Вершинина.
– Ну, что, щегол, шакалишь? С офицерами уже на короткой ноге? Надо же, чемпион! – прогнусавил один. Макс вспомнил – писарь из штаба, редкая гнида, «дедушка», с которым он в своем прошлом «завязался» сразу же, как только попал в часть.
«Понятно, «деды» решили поучить «салабона». Мол, выпендрился, выиграл соревнования… Ладно, посмотрим…» – Максим был спокоен, хотя адреналин снова ударил в голову.
– Ты у дедушки разрешения спросил, когда чемпионом решил стать? Без году неделю в армии, а тут уже всем решил показать, да? – спросил у Макса второй «дед». Его Зверев не помнил.
– Товарищи «дедушки», вы чего хотите? Ну, я «салабон», и что? Это же соревнования, спорт, побеждает сильнейший. Я же против вас ничего не имею, – Зверь был настроен миролюбиво, стараясь не накалять атмосферу.
Но его не захотели слушать.
– Да что с этим салагой говорить, надо маленько поучить его, чтобы не лез туда, куда не надо! – взвизгнул вдруг писарь и первым кинулся на Макса.
Зверь понял, что переговоры закончились.
«Их шестеро. Среди них – Вершинин, борец, его надо «гасить» первым, потому что, если свалят меня – мне хана. Это не соревнования, сразу забьют», – эти мысли вихрем пронеслись у Макса в голове. И он стал действовать.
Писаря он мгновенно встретил прямым в подбородок. Лязгнув челюстью, тот «сухим листом» ушел в сторону и ткнулся лицом в снег, нелепо вывернув правую руку.
Следующим объектом был Вершинин. Он было приготовился бороться, но Зверь с ходу влупил ему хай-кик или маваши – боковой удар ногой – в голову. Ногой в челюсть, да еще в кирзовом сапоге – это, как если бы конь копытом лягнул. Вершинин подлетел немного влево-вверх и как куль с мукой, гепнулся вниз на задницу, после чего опрокинулся на спину. Но Макс этого уже не видел – он разбирался с оставшейся четверкой.
Еще одного он ударил с разворота в печень, проведя левой ногой удар уширо-гери. Попал – противник коротко квакнул и, согнувшись, откатился с воем в сторону.
«Пять минут минимум будет отходить» – машинально подумал Зверь.