Дело Тулаева: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Конечно... У нас было слишком много предателей, сознательных и бессознательных... некогда было заниматься психологией.., Я не сочинитель романов. (Пауза.) Я всех их буду уничтожать, без устали, без жалости, до самого последнего... Это тяжело, но так надо. Всех... Ведь есть страна, есть будущее... Я делаю то, что надо... Как машина.

На это нечем было возразить – разве криком? Кондратьев чуть было не закричал, но Вождь предупредил его, вернувшись к разговорному тону:

– Ну а там – троцкисты по-прежнему разводят интриги?

– Меньше, чем уверяют некоторые дураки. Кстати, я хотел поговорить с тобой об одном деле, не особенно важном, но у которого могут быть последствия. Наши люди делают опасные глупости.

В четырёх фразах Кондратьев изложил дело Стефана Штерна. Он старался угадать, знал ли уже об этом Вождь. Но Вождь слушал его внимательно, с непроницаемым и естественным выражением, как будто никогда о нём не слыхал. Действительно никогда не слыхал?

– Хорошо, я посмотрю... Но что касается дела Тулаева, ты ошибаешься. Заговор действительно существует.

– А?

«Может быть, и в самом деле заговор существует?» В мыслях Кондратьев неуверенно это допускал. «Вот и я угодничаю, чёрт бы меня побрал!»

– Можно задать тебе один вопрос, Иосиф?

– Валяй.

В рыжих глазах было по-прежнему дружеское выражение.

– Скажи, Политбюро недовольно мною?

Это значило: «А ты теперь, когда я поговорил с тобой откровенно, – ты недоволен мною?»

– Как тебе сказать? – медленно начал Вождь. – Я и сам не знаю. События развиваются не особенно удачно, это верно, но что ты тут, собственно, мог поделать? Ты провёл в Барселоне всего несколько дней, следовательно, твоя ответственность невелика. Когда всё идет к чёрту, поздравлять с успехом некого, верно? Ха-ха!

Небольшой гортанный смешок, тут же резко оборвавшийся.

– Ну, а теперь – что нам с тобой делать? Какой ты хочешь работы? Хочешь поехать в Китай? У нас там есть чудесные маленькие армии, их слегка коснулась одна болезнь... (Он размышлял не торопясь.) Но тебе небось надоели войны?

– Надоели, брат. Нет, спасибо, в Китай не хочу, избавь меня, пожалуйста, от этого. Всё кровь да кровь, надоело до смерти...

Это были именно те слова, которых не следовало произносить, самые опасные слова, застрявшие у него в горле с первой же минуты встречи.

– Я тебя понимаю, – сказал Вождь, и в ясном дневном свете это прозвучало особенно мрачно. – Но тогда что же? Пост в промышленности? Дипломатия? Я об этом подумаю.

Они пересекли ковёр по диагонали: оба, казалось, дремали наяву. Вождь задержал руку Кондратьева в своей руке.

– Рад был тебя видеть, Иван.

Он был искренен. Искорка в глубине зрачков, сдержанное выражение: это был стареющий властный человек, никому не доверяющий, не знающий ни счастья, ни людской близости, живущий одиноко в лаборатории... Он прибавил:

– Отдохни, старик. Полечись. В наши годы после такой жизни, как наша, это необходимо. Ты прав – стариков осталось мало...

– Помнишь, как мы с тобой охотились на диких уток в тундре?

– Помню, брат, всё, всё помню. Поезжай-ка отдохнуть на Кавказ. Только мой тебе совет: плюнь на санатории, полазай как можно больше по горным тропинкам. Вот чего бы мне самому хотелось!

(Тут начался между ними тайный диалог, и оба отчётливо услышали каждое невысказанное слово. «А почему бы тебе туда не поехать? – предлагал Кондратьев. – Это было бы так тебе полезно, брат!» – «Ишь, соблазнитель! Мне – по укромным тропинкам? – усмехался Вождь. – Чтобы меня нашли там в один прекрасный день с проломленной головой? Я ещё с ума не сошёл – и я ещё нужен». – «Мне жаль тебя, Иосиф, – тебе грозит ещё большая опасность, чем всем нам, и у тебя ещё меньше свободы, чем у нас...» – «Не хочу, чтобы меня жалели. Запрещаю тебе жалеть меня. Ты – никто, а я Вождь».)

Они не произнесли ни одного из этих слов, но услышали их, мысленно их высказали на этом двойном свидании, явном и тайном, телесном и бесплотном.

До свиданья, до свиданья.

Посереди просторной передней Кондратьев столкнулся с небольшим человечком в роговых очках, с горбатым и толстым носом, волочившим по ковру оттягивавший его руку тяжёлый портфель: это был Рачевский, новый прокурор при Верховном суде. Они обменялись сдержанными поклонами.

6. КАЖДЫЙ ТОНЕТ ПО-СВОЕМУ