Крутая волна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Так, так, Федя! — ответил Александр Васильевич и стал усиленно сморкаться в платок и вытирать очки, стараясь незаметно смахнуть невольно набежавшие слезы.

— А что здесь делается? — спросила Надежда, когда Лунин оправился и снова лицо его приняло спокойное сосредоточенное выражение.

— Идут с фронта. Ни красные, ни белые. Дезертиры. Остановить некому. Втроем охраняем станцию, забаррикадировались в вагоне, — Лунин укачал на винтовки и гранаты в углу. — Подкреплений нет. Если дорогу между Гдовом и Псковом белые перережут, нам может быть придется идти в лес.

Он рассказал о положении на фронте.

— В соседнем селе есть партизанский отряд. Вот послать туда некого, — сказал Лунин, заглядывая в окно вагона, мимо которого все еще тянулись толпы дезертиров.

— Пошлите нас в село! — сказала Надежда, поднимаясь с лавки.

— Вас? — задумался Лунин. — А если у них объявится вожак?.. Да, да, — соображал он, глядя на Федора и Надежду. — Могут ведь не только завтра, а вот сейчас напасть на нас… Перевернуть вверх дном станцию. Подорвать вагоны, разбить склады. Всякую пакость могут наделать… Хорошо! Мы продержимся ночь. У нас пулемет… Идите! Немедля. Вот вам первое поручение! — он склонился у стола и написал записку командиру партизанского отряда Варзину.

Подавая записку, Лунин рассказал, как добраться до села и где находится дом Варзина.

— И там, в селе, помните, осторожность прежде всего. Идите! — скомандовал он властно.

Федор и Надежда вышли из вагона. Сумерки сгустились. Они шли в темноте лесной дорогой с одним желанием помочь Александру Васильевичу.

Лунин, эвакуировав ценные грузы, дожидался нового распоряжения. Главные силы белых стояли к югу от Пскова, где сосредоточены были красные войска. Здесь на болотистых берегах Псковского и Чудского озер находились отдельные отряды, охранявшие железную дорогу. Дорога шла на Гдов — Ямбург и дальше под прямым углом на Петроград. Белые продвигались по другой линии — по линии Псков — Струги Красные. Гдовская линия оставалась в тылу. Но белые, видимо, боялись идти вперед, так как с юга им угрожала 7-я Советская армия. Об этом говорил Лунин.

В село Федор и Надежда пришли ночью. Разыскали дом Варзина. Постучались. Им открыл дверь высокий мужик в одном белье, в валенках. Узнав, что они от Лунина, мужик ввел их в избу и зажег свет, прикрыв занавесками окна. Прочитав записку, он посмотрел на посланцев и добродушно заметил:

— Повоевать захотелось?

— Чего нам делать! На беляков рыбу ловить? Спасибо! — отозвалась Надежда.

— Так, так, — произнес Варзин. — Ужинать хотите? Картошка есть, молоко. — Он было пошел за перегородку будить жену, но Федор остановил:

— У Лунина наелись. Вот что, товарищ Варзин, — сказал он, — собирай своих людей и пойдем на станцию. Человек пятнадцать соберется, можно будет, по крайней мере, человек тридцать обезоружить, а то и больше.

— Я тоже это говорю, — вставила Надежда.

Варзин усмехнулся.

— Ложитесь-ка спать. Утро вечера мудренее. Где вот только положить вас? — Он снял с вешалки солдатскую шинель.

— Я — на лавке, — произнес Федор, поняв, что никакого разговора сейчас не выйдет, Варзин и не подумает собирать свой отряд.

— А я — на печи. Можно? — спросила Надежда.

— Валяй, девка! Поскорее укладывайтесь. Я огонь потушу, — промолвил, зевая, Варзин и погасил лампу.

Федор в темноте стал раздеваться. Надежда легла на печи.

— Спрашивали мой дом у кого? — спросил Варзин, подойдя к окну и вглядываясь в улицу.

— Человек какой-то попался навстречу, спросили, — ответил Федор.

— Ну, вот… Затевают тут у нас на селе… Похоже, оружие у зеленых надо отобрать, — произнес Варзин и пошел, бесшумно ступая в валенках, за переборку.

Надежда как завалилась на печь, так сразу и уснула: усталость взяла свое. Федор долго ворочался на лавке и все думал, что затевают на селе и почему Варзин сейчас же не пошел на станцию. «Какие мужики неповоротливые», — думал он. Уснул он крепко, впервые не чувствуя ночью приторный запах сена, дурманивший его в сарае.

XXV

Варзин разбудил его затемно. Федор приподнялся на лавке. Надежда умывалась из рукомойника над лоханью у двери. Жена Варзина растопляла печь. Гудел самовар. Пока Федор одевался, самовар вскипел, и хозяйка поставила его на стол, собрала из посудника чашки. Она вздыхала и охала.

— Что делается, что делается на белом свете, — говорила она, — будто мало сирот?..