– Людка сама виновата. Она что, слепая? – это уже возмущается Тошин папа. – Не могла дать ему отпор?
– На словах все храбрые, а на деле не так-то это и просто. Куда ей с Климом идти? Одна не потянет… Говорят, тоже стала по стаканчику пропускать.
Тоша не понимает, что они имеют в виду, но от разговора будто дурно пахнет. Она встает, рассеянно поправляя подол дурацкого платья, и стирает ботинком свои песочные рисунки.
– Линка ему в школу обед носит – я ей говорю, друзьям надо помогать. Клим-то нормальный пацан, безалаберный только. Никто за ним не следит, вот он и в драки лезет, и по улицам шатается. Но Лина ему спуску не дает, – смеется мама Ангелины.
Тоша бросает взгляд на подругу – она над чем-то хохочет с Климом и шутливо пихает его в плечо. Тот поднимает руки, будто сдается. Поворачивает голову и смотрит на Тошу.
Его лицо озаряет улыбка, и Тоша гадает, кому она предназначена – все еще Лине или уже ей?
Она смущенно отворачивается. Лучше бы мама разрешила ей взять с собой телефон.
Тоша уже собралась рассказать о вечерних событиях, как у нее зазвонил мобильный.
– Да, Мур?
– Можешь приехать раньше? Со Зверем что-то… Мне кажется, ему надо к ветеринару!
У Тоши внутри все заледенело.
– Что с ним?
– Да сам не свой! Вялый, ничего не ел вечером, а сейчас не встает на задние лапы. Я бы вызвал такси, но…
– Не надо, я еду, – не дослушав брата, она кинула трубку и вскочила на ноги. – Сменишь меня пораньше? – обратилась уже к Ангелине. – Зверюге плохо.
– Без проблем. Напиши мне!
Она впопыхах обняла подругу, радуясь, что Лина не из тех людей, кто говорит: «Это же всего лишь собака, не парься».
Тоша помчалась наверх за одеждой, стараясь не думать, во сколько обойдется поездка в ветклинику. «Не встает на задние лапы» звучало страшно. И дорого. А ей бы еще на заправку заехать. Да и корм у Зверя заканчивался, а зарплата только на следующей неделе…
Она накинула куртку, схватила шарф, долго искала шапку. Потом вспомнила, что та осталась у Кости. Заходить к нему времени не было.
Что-то бросилось ей в глаза на рабочем столе, и она с удивлением уставилась на бордовую обложку книги: «Чехов А.П.» Из томика выглядывала закладка – сложенный пополам фантик от конфеты. Тоша даже застыла на миг, позабыв о сборах. Никогда раньше она не замечала на усеянной инструментами, огрызками термоусадок и перегоревшими лампочками поверхности стола чего-то настолько выбивающегося из общего вороха инженерного хлама, как книга. Художественная.
Значит, это Клима? Он что, читает? Читает классику?
Она прикрыла рот, только сейчас заметив, что все это время он был открыт. В общем-то, это не ее дело – Клим может читать что угодно, хоть Камасутру, хоть «Введение в психоанализ» Фрейда. Правда, Клим был последним человеком, которого она могла представить с книгой в руках.
Нет, не последним. Она вообще не могла представить его с книгой в руках.
Тоша провела по обложке пальцем, будто проверяя, не приснился ли ей бордовый томик. Всполошившись, что тратит драгоценное время на ерунду, повязала на шею шарф, распахнула дверь и в кого-то врезалась.
Мельком заметила световозвращающие полоски на штанинах комбинезона. Ну конечно! Она же не могла столкнуться с кем-то другим!
Клим подпрыгнул на месте и зашипел от боли – в руке у него был стаканчик с кофе, и горячий напиток выплеснулся на живот.
– Блин, Лисицына!
Тоша хотела извиниться, но сжала губы. «Так тебе и надо», – пронеслось у нее в голове. Она смерила его взглядом и выбежала из кабинета.
За рулем «Москвича» Тоша почувствовала себя спокойнее и увереннее. Она на удивление без проблем проехала Иваново и рванула к Плёсу, решив не тратить время на заправку – добраться до ветеринара в Приволжск бензина хватит. Сейчас главное – помочь Зверю. Не дай бог с ним что-то серьезное…
Пес появился в их жизни случайно. Какой-то чудак-пассажир улетал из аэропорта и не оформил документы на собаку. Он просто оставил ее у терминала привязанной к фонарному столбу под проливным дождем. Охранник привел дрожащего от холода пса к справочной «пересидеть ночь». Ребята с досмотра пытались на скорую руку найти ему передержку или новых хозяев, но взять себе такую громадину никто не решался. Пес был красивый, ласковый, с добрыми глазами, но огромный и лохматый, как йети. Леонбергер – Тоша нашла в интернете, как называется порода. Утром, когда она уходила, тот пошел за ней, как будто по-другому и быть не могло. А ведь они с Муром всегда мечтали о собаке. Тоша, не дав себе опомниться и задуматься, где брать деньги на содержание этакой махины, тихонько свистнула и сказала:
– Ну, что, зверюга… Пойдем посмотрим, что у нас дома вкусненького?