Моему измученному мозгу пришлось работать на предельной скорости, чтобы освоить новое меню и справиться с моей частью работы. К счастью, другие официанты крутились вокруг меня, помогая принимать заказы и готовить салаты. Я понятия не имела, как они справляются со мной, а также со своей работой.
Все происходило в три раза быстрее, чем в баре в Висконсине. Там я была профессионалом, но в «Эклипсе» я внезапно обнаружила, что снова нахожусь в самом низу пищевой цепочки. И каждый принадлежал к стае, так что все они точно знали, кто я такая.
Всю смену я была красной от одышки и смущения. По крайней мере, у меня были мои скоростные ботинки Свифтли, которые доставляли меня туда и обратно достаточно быстро, чтобы исправлять заказы, когда я лажала.
К тому времени, когда моя смена закончилась в три, мой разум и тело были в основном разбиты. Я, пошатываясь, вышла через заднюю дверь и прислонилась к стене, тяжело дыша. Однажды Джексон провел меня через ту же дверь, чтобы спрятать от стаи, беспокоясь о том, как они отреагируют на Лассаль.
Теперь они были единственной причиной, по которой я пережила смену.
Забавно, как все меняется.
После пары минут созерцания неба в ожидании, когда мир успокоится, дверь открылась. Мне даже не нужно было оглядываться, я узнала его по запаху.
— Джексон, ты безжалостный ублюдок, — прорычала я.
Он усмехнулся.
— Я слышал, ты отлично справилась.
Я усмехнулась и уставилась на него.
— Я была настоящей катастрофой.
— Прекрасной катастрофой, — промурлыкал он, отчего мои нервные окончания воспламенились. Он был так красив в своем костюме. Я, напротив, вспотела насквозь, мои волосы были всклокочены. У меня там, наверное, было спрятано пять ручек.
Это было просто невыносимо.
— Я сделала за тебя грязную работу, — простонала я. — А теперь верни мне ключи.
Он вытащил их и покрутил на пальце.
— Думаю, что нет. Мне нравится, когда ты рядом, и я могу не спускать с тебя глаз.
— Что? Ты беспокоишься, что я приползу обратно к своей тете? Не после того, что случилось. Не после того, что она сделала со мной. — Я повернулась к нему, слезы разочарования выступили у меня на глазах. — У меня ничего нет, Джексон, и мне некуда идти, так что тебе не о чем беспокоиться. Я просто хочу свободы, чтобы уйти.
Он скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула рядом со мной.
— Ты думала о том, что произошло прошлой ночью?
Я недоверчиво рассмеялась и уставилась на него.
— У меня весь день не было времени думать ни о чем, кроме гарниров, напитков и сдачи! Ни про Драгана, ни о Кейси, ни о моей тете. Клянусь Богом, если бы пара этих «Учеников Эрроухеда» пришла сегодня днем, я бы принесла им две порции воды и меню и сбегала за корзинкой хлеба.
По его лицу медленно расползлась самодовольная улыбка.
— Хорошо. Тогда ты — бармен счастливого часа, так что тебе лучше заканчивать свой перерыв.
Шок обрушился на меня, как удар кулаком в лицо. В этом был смысл?
— Ты коварный ублюдок! Это все только для того, чтобы отвлечь меня?
Он улыбнулся и протянул пачку наличных.
— Это работает?
Не удостоив его ответом, я медленно протянула руку и взяла деньги.
— Что это? — спросила я.