Саванна Кейн была моей.
Лицо Лорел исказилось в мучительном выражении, и ее голос стал приглушенным.
— Ты уверен?
— Так же уверен, как то, что солнце встает на востоке, — проворчал я.
Она на мгновение замерла, затем запустила руки в свои серебристые волосы.
— Проклятые судьбы!
Я оскалил зубы, когда мой гнев угрожал выплеснуться наружу, но мои слова были медленными и твердыми.
— Я собираюсь задать тебе вопрос, Лорел, и я узнаю, лжешь ли ты, даже в малейшей степени. Ты использовала колдовство, чтобы отобрать у моей пары волчицу?
Ненависть и жажда убийства горели в ее глазах, но, в конце концов, она выдавила признание.
— Да. Ее родители и я сделали это, чтобы защитить ее.
Моя ярость стала холодной и жестокой, как ветер в Арктике.
— По какой бы причине Саванна не заботилась о тебе. Если я когда-нибудь услышу, что ты снова наложила на нее такое заклятие, моя стая и я сожжем Индию дотла. В Мэджик-Сайде не останется ни одного колдуна.
Она не дрогнула, вместо этого устремив на меня непреклонный взгляд.
Я повернулся, чтобы уйти, но она схватила меня за руку. Я развернулся, выпустив когти, но мольба в ее глазах остановила мою руку.
— Мы сделали это, чтобы защитить ее от твоего отца.
Мое сердце замерло, когда до меня дошли эти слова. Я не опустил руку.
— Что?
— Джексон, если она для тебя нечто большее, чем то, чем ты можешь обладать, если она тебе хоть немного небезразлична, ты должен выслушать меня. Саванна в опасности, и ты тоже. Мы связали ее волчицу из-за того, что мог бы сделать твой отец, если бы узнал о ней.
Я сделал паузу, во мне нарастали замешательство и гнев.
— Саванна сказала, что опасность представлял твой отец.
Лорел пренебрежительно махнула рукой.
— Саймон был ублюдком, который ненавидел волков и гораздо больше людей, но он мертв, и он не вернется. Но попомни мои слова, Джексон, Алистер не должен никогда узнать, кто или что такое Саванна.
Я хмыкнул, не зная, как реагировать. Я чувствовал правду в ее словах, которая означала только то, что она верила в свой собственный бред. Хотя мой отец ненавидел Лассаль так же сильно, как Саймон Лассаль ненавидел нас, действительно ли он причинил бы вред Саванне, если бы узнал, что она волчица? Что она моя пара? Невозможно.
Я повернулся, чтобы уйти, но ее голос остановил меня.
— Я вижу, ты мне не веришь, но доверься мне в этом, как ни в чем другом в жизни. Спроси его о Драгане. Спроси его о пророчестве, — сказала она. — И что бы ты ни делал, не упоминай ничего о Саванне. Никогда.
Я молча ушел.
— Я хочу вернуть свою племянницу, Джексон, — крикнула Лорел мне вслед. — С нами она в большей безопасности, чем с тобой. И если ты будешь игнорировать меня, то узнаешь правду слишком поздно.
— Никогда больше не сажай волка на цепь, — прорычал я, садясь в свой пикап.
Но когда я поворачивал ключ, мои мысли были заняты ее предупреждением. Я знал только об одном пророчестве.
Пророчество Темного Бога Волков.