Я повернулась к своей картине и, наконец, увидела созданный мной образ. Ужас пробежал по моей коже, и мои плечи дернулись, когда холодная тьма проникла в мои кости. Холст содержал воспоминание, которое запечатлелось в моем мозгу.
В тот момент, когда я вырвала душу Драгана из тела Каханова.
Это было выгравировано на белом фоне грубыми мазками на пигменте.
Извивающиеся лианы пещеры в Форксе двигались по странице, вытягиваясь, угрожая утащить меня под землю. Кровь капала из раны в груди Каханова, куда я вонзила Нож Души. Сочетание агонии и безумия отразилось на его лице, когда его рот искривился в муке.
Но именно образ Драгана выбил дыхание из моих легких.
Его призрак, казалось, поднялся со страницы, его безумные глаза уставились на меня с такой глубокой ненавистью, что я задрожала. Как будто я чувствовала, как его пальцы скользят по моей коже, слышала его голос, проникающий в мои воспоминания.
Я отомщу.
— Боже мой. Вы участвуете в аукционе? — Женский голос с сильным акцентом вернул меня к настоящему.
— Что? — Я прерывисто вздохнула, глядя на пару, которая хмуро смотрела на меня.
— Вы продаетесь? — ответил мужчина с оттенком раздражения в голосе. — Я должен заполучить тебя в свою коллекцию.
Продаюсь? Ярость горела в моих глазах. Кем, черт возьми, были эти монстры?
— Нет, не продаюсь, — отрезала я, вставая и глядя на балкон.
Алехандро Ривера пристально посмотрел на меня в ответ. Даже с другого конца сада я чувствовала его эмоции.
Любопытство. Желание. Вожделение.
— Попался, — прошептала я.
Мурашки побежали по моей обнаженной коже, когда покалывающий холод охватил мои чувства. Запах пино нуар с землистыми оттенками специй. Это была самая странная вещь… Как будто вампир обращался ко мне со своей подписью. Как?
Волна ярости и собственничества заглушила все, и я повернулась к Джексону. Его медово-золотистые глаза были устремлены на Алехандро и полны ненависти.
Отлично.
Прежде чем я успела открыть рот, надвигающийся вампир начал медленно аплодировать, каждый хлопок эхом отражался от высоких стен.
— Принеси это мне.
Я оглянулась на Джексона, который одобрительно кивнул мне. Я встала, сняла свою ужасную картину с мольберта и направилась к лестнице со своим альфой на буксире.
Все мое тело содрогнулось от ужаса и облегчения. Это действительно сработало.
Когда мы добрались до узкой лестницы, охранник остановился и перевел взгляд с Джексона на меня.
— Мне очень жаль, но мистера Риверу интересует только разговор с художником.
— Куда она, туда и я, — прорычал Джексон, позволяя своему доминированию вспыхнуть.
Охранник отпрянул назад, отводя взгляд от ворчливого зверя рядом со мной.
Я сжала плечо Джексона, пытаясь успокоить его.
— Он имеет в виду, что он моя муза. Разве вы не видели, как он вдохновлял меня перед тем, как я начала свою работу? Я уверена, что мистер Ривера не будет возражать.
Все еще напуганный Джексоном, охранник кротко кивнул и растаял.
Я передала свою картину Джексону, затем направилась вверх по винтовой лестнице, он следовал за мной.