— Пошел ты, Лоран! — прорычал он, когда моя кровь полилась у него изо рта.
Драган метнул в мою сторону когти, но прежде чем они коснулись меня, по моей коже пробежала струя зеленого пламени. Это был ад боли и жара, но я держался за него, даже когда ударная волна отбросила меня назад. Боль пронзила мою грудь, когда он вонзил когти в мои ребра. Но я боролся с болью и сжал его шею, как тисками. Он брыкался и булькал, выпучив глаза. Он рванул меня за руку, но я не остановился.
Все, что мне нужно было сделать, это выпустить когти, и они перерезали бы ему яремную вену. Вместо этого я замер.
Это был не только Драган. Это был Люциус Грейлинг, альфа стаи Центрального Мичигана. Он был ублюдком, но ублюдком, которого я хорошо знал. К тому же, если я убью его, велика вероятность, что Драган просто завладеет другим.
Взревев от ярости, я подбросил его ввысь, в кольцо дымящихся зелий.
Тело Грейлинга приземлилось с хрустом, раздирающим кости. Удар рассеял туман всего на секунду, обнажив его фигуру, лежащую на древнем надгробии, а затем он закружился, скрывая его из виду.
Хруст прозвучал не очень приятно, но он был оборотнем — пока при приземлении у него не сломался позвоночник или шея, он будет жить.
Саванна была рядом со мной через секунду.
— Черт, Джекс. Ты весь обожжен и истекаешь кровью!
— Нам нужно убедиться, что Грейлинг на месте. — Я двинулся к облаку газа.
Как только мы вошли в розовато-серый дым, наше зрение сократилось до футов, затем до дюймов. Туман сгущался, вместо того чтобы рассеиваться, и нам приходилось осторожно переступать через тела без сознания лежащие на земле. Некоторые из них были байкерами, другие — связанными пленниками. Все они были просто тенями в темной траве, их почти невозможно было различить, пока не встанешь над ними.
Саванна схватила меня за руку.
— Что это было?
Я принял боевую стойку и осмотрелся вокруг, но ничего не смог разглядеть — только не сквозь дым и толстые, обугленные линзы громоздкой противогазной маски.
— Держи ухо востро.
Мы снова двинулись вперед, в глубины облака. Ничего. Никакого движения, совсем никакого.
Моя нога ударилась обо что-то твердое. Я схватил запястье Саванны и наклонился, чтобы осмотреть его.
Надгробный камень.
Я встал.
— Грейлинг пропал.
Саванна посмотрела на розовато-серое облако.
— Ну, бля…
Ее голос оборвался, когда ее запястье выскользнуло из моей хватки, и она исчезла в дыму.
Я не колебался и не позволил ужасу момента завладеть моими мыслями. Мне не нужно было видеть — я мог чувствовать, как ее оттаскивают. Я рванулся вперед в том направлении, куда рвалось мое сердце.
Я настиг их за считанные секунды. Она сопротивлялась, когда Грейлинг-Драган — тащил ее сквозь облака зелья. Она ударила его локтем в лицо, заставив ослабить хватку, и вывернулась из его объятий.
Взревев от ярости, я набросился на него и повалил на землю. Удерживая его на месте, я бил кулаком ему в лицо снова и снова. Он задерживал дыхание, чтобы не поддаться действию зелья, но рано или поздно ему пришлось бы дышать.
Он вцепился в мой противогаз, но Саванна оторвала его руки. Вместе мы удержали его конечности.
Драган бился и ругался. Его руки и лицо переходили от человека к волку и снова к человеку, но мы сохраняли нашу железную хватку. В конце концов, он взревел и перевел дыхание.
Я ударил его кулаком в грудь, и он снова ахнул.
Его голова откинулась на траву, когда он, наконец, подчинился. Его глаза остекленели, и он посмотрел на что-то, чего мы не могли видеть.