Бремя Господне. Евангелие от Ленни Белардо: читать начало книги онлайн

– Ладно, увидишь его – скажи, чтобы не слишком опаздывал: в отличие от него у меня полно дел; нужно присматривать за хозяйством, которое оставил наш малодушный рыбак по имени Петр. Я бы предпочел Луку, который все слушал и записывал.

Войелло и Валенте.

– Валенте, как он тебе?

– Ест мало. Совсем мало.

– Не к добру это.

Открывается дверь белого ватиканского вертолета, сестра Мэри спускается из него с ловкостью, какой не ожидаешь от шестидесятипятилетней женщины. Она высокая, чуть полноватая, выглядит как жительница Техаса, глаза – треугольные зеленые щелочки; ясно, что в молодости она была красавицей. Ленни Белардо замирает как вкопанный на краю площадки, увидев сестру Мэри, ведь много лет назад она взяла его к себе в приют, когда маленького Ленни бросили родители, и вырастила. Она ему улыбается – в улыбке счастье новой встречи, гордость, ностальгия, печаль. На лице Ленни, пока он глядит на нее, прочитываются те же чувства.

– Вот мой святой.

– Я не святой.

Когда меня спросили про имя, я растерялся. Повторял в уме: Пий Тринадцатый или Григорий Семнадцатый? Никак не мог решить. Это были тяжелые минуты. Все ждали. И тут я вспомнил, чтó ты нам всегда говорила в школе, сестра Мэри. Ты говорила: “У нас, американцев, по сравнению со всем миром есть одно преимущество: мы мыслим практично”. И тогда я неожиданно сказал себе: придется подписывать много документов, лучше короткое имя. И вот перед тобой Пий Тринадцатый.

Сестра Мэри и Ленни Белардо.

– В самолете я читала, и мне попалось забавное определение: “Рим, пригород Ватикана”.

– Это не совсем верно, но все впереди.

Войелло и Ленни Белардо.

– От имени всей церкви – добро пожаловать! Пусть ваш понтификат будет долгим, светлым и плодотворным!

– Давайте ограничимся “долгим”.

– Какая глубокая шутка.

Шутки никогда не бывают глубокими. Это просто шутки.

Войелло.

– Хорошо, святой отец, нам, очевидно, надо многое сказать друг другу, многое обсудить, но, если вы не против, я бы начал с первоочередных задач. Самое срочное, как вы говорили, ваша первая проповедь на площади Святого Петра. Все ждут ее с таким судорожным трепетом, какого я за свою долгую карьеру не припомню. Государственный секретариат вовсю трудится. Я сам не спал всю ночь, набросал речь, которую вы могли бы произнести. Мне бы хотелось вам ее показать.

Журналисты и верующие, которые стекаются со всех уголков земли, уверены, что вы выступите сегодня. Нам удалось несколько умерить их пыл, мы все согласны, что сегодня было бы слишком рано, но в то же время не могу не заметить, что и затягивать нельзя. Идеально было бы завтра. Это самое срочное дело.

Самое срочное дело – выпить кофе американо. Не принесете мне его, ваше высокопреосвященство?

Войелло и Ленни Белардо.

– Святой отец, так что насчет проповеди?

– Позже.

Войелло и Ленни Белардо.

– Святой отец уже думал о кандидатах на ответственную должность личного секретаря?

– Да, думал.

– Я тоже. Мне пришли на ум имена монсеньора Джемелли…

– А мне – сестры Мэри.

– Это вполне понятно и вызывает восхищение, ваше святейшество. Однако позвольте мне добавить, что работу курии регулируют сложные механизмы – настолько сложные, что их поймет разве что астрофизик. Посему неизбежная неопытность святого отца в соединении с неизбежной неопытностью сестры Мэри… Ваше с ней выдающееся служение всегда проходило вдали от Ватикана, поэтому я бы посоветовал вам опереться на кого‐нибудь здесь, внутри. При этом я прекрасно понимаю, что сестра Мэри, разумеется, очень важна для вас. Мы могли бы придумать для нее особую должность. Фантазии нам не занимать.