— Будут ли вопросы к Ларе Эшбори на данном этапе? — задал вопрос судья.
— Для нас все слишком очевидно, она виновна! — ответствовал Джеральд.
— Ваша честь, мы предпочтем задавать вопросы Ларе Эшбори по ходу процесса, если вы не возражаете, Ваша честь, — ответствовал наш защитник Верес.
— Если у самой Лары Эшбори все с объяснениями, и она не хочет пока ничего добавить, то давайте заслушаем сторону истца и свидетелей, — продолжил Хитроу.
Я посмотрел на Лару. Она была невероятно задумчива, и явно не хотела больше нарываться на интерпретации Джеральдом ее показаний. Поэтому лучше заслушать пока свидетелей, с обеих сторон. Пусть соберётся с мыслями.
Первым дали слово истцу, то есть Синтии, и свидетелям со стороны истца. Понимаю, что сейчас опять начнутся пляски на тему попаданства, но сделать пока ничего не могу.
Синтии тоже не занимать пафоса, как и Джеральду. Она начала с позиции, что как истинный патриот она не может промолчать о случившемся. Сразу, как только она поняла, что в тело Лары Эшбори вселился попаданка, она немедленно сама сообщила об этом генералу Харлоу, которого знала лично.
Знаю я, как ты его знаешь лично.
Вообще, как я мог связаться с Синтией? Ей же все равно, в чьей постели кувыркаться. И с Арчи была в юные годы, и с Джеральдом, теперь вот от меня отцепиться не может.
Боги, какой я идиот, что связался с этой озабоченной рыжей драконицей! Лара, прости меня, я, же думал, что ты умерла.
Смотрю на Синтию тяжёлым взглядом, отмечая ее воодушевление на тему патриотизма. А за всем этим стоит только одно желание: утопить Лару, мою Лару.
— А как вы услышали эти слова? — спрашивает Хитроу, не давая ей долго разглагольствовать.
— Я прилетела на границу вслед за своим женихом, лордом Эшбори, как настоящая спутница жизни, чтобы разделить с ним все тяготы армейского быта в военных условиях, чтобы вдохновлять его на подвиги…
Боги, меня сейчас вырвет. Очень коробит от этой слащавости и желания примазаться.
— Ну, вы же знаете, Синтия, что у него нашлась истинная, какая же может быть свадьба с вами? Хорошо, что эту ошибку не совершили.
Это уже король не удержался.
Кто-то из женщин из зала тоже не удержался:
— Че, за чужим женихом подглядывала? В палатку залезла?
Синтия побагровела.
— Но у меня есть доказательства, я записала слова на записывающий камень!
— Она ещё и подслушивала! — не унималась женщина в зале.
В зале ощутимо смеялись над Синтией. Но когда прозвучали записанные слова Лары, всем стало не до смеха.
— Мы поменялись телами, я не Ларика, Ларики больше нет. Меня зовут Лариса Вербина. Я попаданка.
Это ее голос, и ее слова.
— Вы можете это обьяснить? — задает Ларе вопрос Хитроу.
Лара, не подведи!
— Да, Ваша честь, конечно. Мы с моим мужем ждём ребенка. Сына-дракона, Ваше Величество, как и положено истинной паре.
Король задумчиво смотрит на Лару. Она четко напоминает про истинность, молодец.
— Во время беременности мне постоянно снились кошмары, — продолжает моя истинная, — и эти слова на записи я сказала в бреду, после одного из самых тяжёлых ночных кошмаров. Я в ту ночь чуть не умерла от обезвоживания!
— Но это как раз лучший способ выявить попаданцев. Во время испытаний и физических невзгод они и признаются, — тут же встрял Джеральд.