К тому времени я начинаю чувствовать разницу. Сила больше не рвётся наружу, не разливается хаотично. Теперь она течёт глубже, будто вплетается в кости. Всё ещё выматывает, но я учусь её удерживать.
После короткого обеда я направляюсь к Тэйну на первую тренировку по боевым искусствам.
Зал для боевых занятий совсем не похож на те, где я когда-либо занималась. Это не просто место для тренировок, это — кузница воинов. Просторное, суровое помещение, созданное для силы, выносливости и боя.
Каменный пол затёрт до блеска от шагов и ударов, но хранит следы сражений: зарубки от клинков, вмятины от сапог, тёмные следы крови, впитавшиеся в камень.
По стенам расположены стойки с оружием: мечи, топоры, кинжалы, копья. Лезвия блестят от заботливого ухода.
Рядом висят щиты, помятые, иссечённые, но всё ещё несущие отпечаток последнего удара.
Тренировочные чучела выстроены по периметру, словно стражи. Одни набиты соломой, другие обтянуты кожей, все исколоты и изношены от множества ударов. Несколько болтаются на цепях, чуть покачиваясь, будто готовы к следующему поединку.
Сбоку находится сектор силы: утяжелённые камни, резиновые ленты, толстые брусья для упражнений на равновесие. Возвышенная перекладина с канатами и кольцами служит для подтягиваний. Место, где закаляют выносливость и точность движений.
В центре расположены спарринговые маты: достаточно просторные для полного боя, но в то же время компактные, чтобы бойцы полагались на тактику, ловкость и приёмы.
У дальней стены находится смотровая площадка, откуда можно наблюдать и вызывать на схватку. Под ней скамьи, отполированные многими тренировками — там бинтовали руки, точили клинки и обменивались колкими замечаниями между подходами.
Воздух пахнет по̀том, кожей и смазанным металлом. Несмотря на масштаб, помещение ощущается тесным, интимным. Здесь воины испытывают себя вне посторонних взглядов.
Зал пуст, только мы вдвоём. Ни зрителей, ни шепчущихся солдат, ни взглядов, следящих за каждым движением. Я должна бы чувствовать себя свободнее, но вместо этого ощущаю себя обнажённой.
Тэйн напротив держится расслабленно, но его стойка обманчива, взгляд острый и расчётливый.
— Какой у тебя боевой опыт? — ровно спрашивает он.
— Тренировалась в деревне, — я перестраиваю стойку, разминаю пальцы.
— С кем? — он чуть приподнимает бровь с лёгким проблеском интереса.
— С кем пришлось, — пожимаю плечами. — В деревнях учат основам, работе с клинком, блокам, как стоять, если придётся драться.
Опускаю взгляд на ладони.
— Кто-то серьёзнее тренируется, кто-то лишь для выживания. Но надеяться, что Теневые Силы пройдут мимо, нельзя. Хотя большинству это не потребуется, — мой голос ровен, — но все учились.
Тэйн кивает, будто этого и ждал.
— Оружие?
— Умею владеть мечом, — отвечаю, — но в основном тренировалась со посохом и кинжалами.
— Рукопашный бой? — он бегло оценивает меня.
— Немного.
— Отлично. Тогда посмотрим, чему ты научилась, — его губы чуть изгибаются, не улыбка, но что-то близкое.
Он выходит на мат, плавно вращая запястьями. Щёлканье суставов нарушает тишину.
— Без оружия. Только ты и я.
Киваю, разминая пальцы, перенося вес на носки.
Он атакует первым, движение едва уловимое, резкое.