— Ладно, по коням, — бросил он небольшой толпе гвардейцев, рыцарей и благородных охотников. — Все.
И на этом всё. Эйнсли подмигнула Арчи, прежде чем найти своего скакуна, и он поспешно улыбнулся ей в ответ. Хотя, честно говоря, ему хотелось бы, чтобы она посвящала его в свои планы заранее. Слепо следовать за Лео — это одно, но Эйнсли могла бы и поговорить с ним, если бы захотела. Не то чтобы Арчи думал, что смог бы ей отказать, но он начинал желать, чтобы у него была такая возможность. Принимать столько помощи от принцессы заставляло его чувствовать себя каким-то скользким типом.
То, что она ему нравилась, только усугубляло ситуацию.
Он мог бы сам оплатить свою грамоту. Мог бы сам найти поручителя. И впервые он поймал себя на мысли: лучше бы Эйнсли была простой пастушкой гусей, девушкой, для которой он мог бы собирать цветы, с которой мог бы гулять у реки, не чувствуя себя таким неустойчивым и… маленьким.
***
Лео не был уверен, почему он продолжает следовать за Арчи. Мальчишка уже сослужил свою службу. И никто не мог отрицать, что Лео выполнил свою часть сделки, возможно, даже во вред самому себе. Теперь, когда кот знал, что он — кронпринц Леопольд, он не был до конца уверен, что хочет, чтобы какой-то безродный сын мельника увивался за его сестрой.
Если Арчи женится на ней, он может даже занять трон, который должен был принадлежать Лео.
Его собственное творение могло привести его к краху.
Но в том-то и дело. Лео сам подтолкнул Арчи к Эйнсли. Он подтолкнул парня к стрельбе из лука, к приличной одежде, а теперь и к самому королю. Лео не осознавал в тот момент, что пытался собрать воедино свои воспоминания, воссоздавая иную, искаженную, поддельную версию самого себя, но он всё равно это сделал, и винить мог только себя.
Ну, не только. У Лео всё еще не хватало одного фрагмента: того самого момента, когда он стал котом. Леопольд был принцем. Он был охотником. Но у него не было никакой магии. Он не мог сам превратить себя в кота — так как же это произошло?
Он пытался вспомнить, но в голове была пустота. Это было нечто темное и ужасное — то, что он когда-то хотел рассказать жителям деревни. Нечто, что всё еще могло таиться где-то там, посягая на его покой, подобно терновым зарослям Сумрачного леса.
И пока Лео не выяснит, что это было, езда на этой лошади рядом со своей семьей и своим ручным человеком казалась единственным местом, где ему следовало быть.
***
Король спросил Арчи, в какую сторону, по его мнению, могли уйти вчерашние разбойники. Тот уклончиво указал на восток, повинуясь дерганью уха Лео. Разумеется, никаких разбойников не было. Так они ехали по дороге почти полдня, пока не достигли ворот следующего города. Карабус. Король окликнул стражников на часах:
— Мы ищем разбойников со стороны Замкового города. Видели что-нибудь подозрительное?
— Нет, сир, — ответил бородач с копьем. — Ничего подобного.
Король не выглядел убежденным:
— Полагаю, вы не откроете ворота и не впустите нас, чтобы мы убедились сами?
— Мы бы с радостью, но у нас новая вспышка хвори. Мы не станем рисковать вашим здоровьем.
Король нахмурился. Видимо, не всем было трудно говорить «нет» королевской особе.
— Очередная? Как получается, что все части моего королевства избавились от чумы, кроме вашей?
Мужчина опустил голову:
— Не нам рассказывать вам о наших несчастьях. Но если бы вы могли прислать нам больше помощи…
— Вы хотите моей помощи, но не моих войск? И не меня самого?
— Мы не станем рисковать, сир.
Король оглянулся на охотничий отряд и покачал головой:
— Послезавтра Весенний фестиваль. Мы организуем сбор во время пира и пришлем вам весточку.
Стражник согласился, и мужчины быстро попрощались. Отряд двинулся дальше, и вскоре Арчи обнаружил, что король едет рядом с ним.
— Ну, Арчи, что ты об этом думаешь?
Арчи посмотрел на кота, сидевшего на лошади перед ним, затем на принцессу, ехавшую в нескольких футах впереди, и лишь потом обрел голос. Король обратился к нему по имени.