Плюсом ко всему Робен радел за Хавардис всей душой, отчего наши дела спорились на зависть всем, и нам удавалось избегать проблем с законами. А их периодически пытался подкинуть всё тот же Смолейн. Точнее его нынешний глава. В то время как наследник наоборот начал едва ли не вставлять палки в колеса собственному отцу, передавая нам все его планы. Естественно при этом ожидая взамен подарки, равноценные такой жертве.
Что тут скажешь, лорд Эштар стал одним из первых почитателей нашего вина и закуски. Так что ради получения их бесплатно, он готов был шпионить за собственным отцом. Ещё одна семья с не самой здоровой атмосферой. Но, увы, их тоже придётся посетить.
– Уверена? – только и спросил Дэмиан, когда я озвучила имена тех, кого собираюсь навестить ради протекции.
– Да, – сказала без промедления, а затем добавила: – Его Величество учил, что порой врагами управлять гораздо проще, чем друзьями. Так почему бы не проверить это высказывание на бароне Смолейне?
Муж мог бы поспорить, но не стал. Ведь то было моё решение и, как бы грубо это не звучало, разгребать его последствия придется так же именно мне. И пусть было немного страшно, но от мысли, что протоптанная тропа не приведёт в новые места, заставила идти до конца. Однако перед этим я решила чуть отсрочить неприятную встречу.
Короткие выезды ради дозволения покинуть отдаленную часть королевства, оказались больше унизительными, чем утомительными. Кому понравится чувствовать себя преступницей настолько наглядно? И тем более заискивать ради какого-то разрешения на выезд?
Зато Дэмиан не соврал о намеренье научить своего фамильяра летать. Помимо этого муж ещё и с помощью особой упряжи из обсидиана сделал так, что конь, отращивающий крылья из чёрной дымки по одному моему желанию, спокойно покидал долину. Правда во время длительного пребывания за пределами Хавардиса фамильяру придётся возвращаться к хозяину. Ну, или поглощать какое-нибудь воплощение оскверненного эфира. Без своеобразной подпитки чёрной маной конь исчезнет как утренний туман. Но даже так настолько грозная сила за пределами отведенной ей территории внушала мне спокойствие и чувство защищённости.
Тем не менее, сопровождение фамильяра и Робена с виверной Дэмиану показалось мало. Помимо этого он приставил к нам Барнса, который чудом успел найти себе крылатую компанию, и двух самых бойких стражей из Тойна. Да, после случая с ростовщиком в Хавардисе возобновилась воинская служба. Пока сугубо добровольная, но всё равно принёсшая свои плоды.
Особыми навыками первые рекруты похвастаться не могли (пара наспех нанятых инструкторов делала всё возможное, но времени прошло слишком мало), но зато выделенная мне парочка охранников компенсировала это разворотом плеч. А ещё недобрыми лицами и бьющим ключом энтузиазмом.
Один из парней оказался бывшим подмастерьем кузнеца. Во время обучения парень серьёзно обжегся раскаленным металлом, из-за чего приобрёл не только пугающий шрам на щеке, стекающий на могучую шею с ключицей, но и страх огня. Так что при первой возможности он с радостью переключился на воинское дело и осваивал его на зависть всем соратникам. А второй парень с детства не расставался с топором, помогая отцу заготавливать дрова на зиму для всех в их деревеньке. Отчего он обрёл вполне примечательные мышцы, которые так же, как его товарищ – несостоявшийся кузнец, захотел использовать ради защиты.
И теперь эта парочка в отличительных кожаных доспехах стала нашим подкреплением к грядущим визитам. Ради которых мужчинам… пришлось учиться летать на вивернах парами. Ящеры на лишних пассажиров внимания не обращали, по крайней мере, пока на месте был их “хозяин”, а вот люди вынуждены были привыкать к новой рассадке в седлах.
По такому случаю ради общей безопасности вылеты из долины было решено отложить ещё на две недели. Отчего по их истечению за пределами охлажденного ночными туманами Хавардиса нас встретил летний зной.
Если судить по ощущениям, то мы будто вышли из погреба, чтобы окунуться в котёл с горячим молоком. Тело под закрытым платьем (с особо сконструированной юбкой для верховой езды) тут же покрылось испариной, но меня больше волновало, как такой контраст переживёт наш транспорт.
За фамильяра волноваться не приходилось. Он спокойно рассекал своими могучими орлиными крыльями раскаленный воздух, ничуть не сбавляя скорости. Пока крылатый конь полон магии, ему всё оказалось нипочем. Виверны, как выяснилось, тоже вполне себе неплохо отнеслись к жаре, хоть и жили среди северных ветров Расколотых гор. Так что из всей компании больше всего страдали именно не такие устойчивые к жаркому климату люди. Всё же в Хавардисе, действительно, были свои прелести.
Чтобы не пугать жителей первого баронства, которое было решено посетить, мы приземлились в отдалении от главного поместья рода Расб.
Оттуда, уже без ящеров, мы доехали на двуколке, которую фамильяр создал, как и свои крылья из чёрного тумана. Из-за чего ехать на таком воплощении магии оказалось очень удобно. Поверхность повозки мягко пружинила на всех ухабах, мягко покачивая нашу пятёрку.
Пока я, Робен и порядком исхудавший Барнс – случай с Пряхой что-то неуловимо изменил в нём и мужчина стал всё меньше обращаться к пагубной привычке – ютились на единственном сидении под раскладной крышей, наша охрана едва умещалась на месте возницы. Возможно, выглядели мы не слишком презентабельно, но пока нам некому было пускать пыль в глаза. Ведь первым к кому мы поехали, стал давний друг Дэмиана. И тот, кто с радостью помогал моему мужу срывать выгодные сделки моего бывшего жениха. Так что здесь нас ждали, можно сказать, самые лояльные из соседей.
Благодаря этому во время визита фамильяр мужа пройдёт проверку – чтобы улучшить его навыки, надо точно узнать, как быстро происходит расход магии. И как только Дэмиан соберёт данные после нашего возвращения, он точнее настроит магическую сбрую, а так же добавит ещё парочку полезных навыков своему чудо-коню. По крайней мере, именно это обещал мне муж. А так уж сложилось, что все свои обещания он не только держал, но и превышал любые мои ожидания.
Пересечь границу даже соседнего баронства без предупреждения я не могла. Потому нас, естественно, ждали.
Родовое гнездо Расбов полностью соответствовал тем, кто сколотил своё состояние на добычи меди. Вся ковка, начиная от вензелей на высоком каменном заборе поместья, заканчивая парапетами на крыше и самой черепицы, сверкала бронзой. А тёмно-серый камень, которым был выложен не только трёхэтажный особняк, но и все виденные постройки с многочисленными дорожками, производил впечатление чего-то монументального и нерушимого. Подобно горе, главным сокровищем которой стали… живущие здесь люди.
Нас встретили необычайно радушно. Никто украдкой не плевал через плечо (ох, уж эти суеверия), никто не отводил взгляда и не гремел амулетами жрецов, когда проходил рядом. И это оказалось полным отражением хозяина, барона Кеила Расба.
Увы, из-за здоровья, барон Расб не смог встретить нас у входа. Зато он прислал вместо себя единственного сына и главного наследника: улыбчивого, громкого и приятного в общении мужчину с натуральной гривой медных волос. Лорд Мехас уступал моей охране в росте, но производил впечатление куда более внушительное. Сразу было видно, что между ним и утонченным наследником Смолейна нет ничего общего.
Лорд Мехас, в отличие от лорда Эштара, не гнушался тренировками. И потому умел орудовать мечом не хуже, чем Эштар считал деньги. Увиденный мной стенд с мечами, на которых каждая рукоять выглядела далеко не новой, стал тому свидетельством. Как и мозоли на крупной ладони, ощутимо мазнувшие по моей коже, когда лорд Мехас помогал мне подняться по лестнице в зимний сад.
Состояние главы дома Расба вынуждало его большую часть времени проводить именно на границе свежего воздуха и отсутствия сквозняков. Даже в такую жару осунувшийся Кеил Расб сидел в кресле, кутаясь в плед. Ещё одно покрывало лежало на его коленях, которые оказались так худы, что словно были готовы пропороть толстую ткань.
Лицо барона, испещренное как мелкими, так и глубокими морщинами, тоже выглядело неважно – сероватое, осунувшееся, оно могло принадлежать только крайне больному человеку. Чего уж никак не скажешь о глазах. Они горели на изможденном лице подобно двум драгоценным изумрудам. Отчего редкие, полностью седые волосы на их фоне отливали серебром больше, чем увядающей серостью. И это мне показалось очень странным.
– Мне так неловко, – начал барон Расб приглашая меня жестом к уже накрытому столику с закусками, – что приходится встречать жену моего давнего друга в таком неподобающем виде. – После этих слов мужчина сделал повелительный, неожиданно твёрдый жест, отсылая всех остальных. Глава баронского дома желал беседовать лишь со мной.
– Не стоит волноваться, – вежливо ответила я, приятно удивившись такому жесту. Для человека в его состоянии остаться наедине с незнакомкой, обвиняемой в отравлении сестры – высшая степень доверия. После чего добавила: – Это скорее дружеский визит, чем официальная встреча.
– Во время которого, – лукаво подметил барон Расб, – вы не против получить бумагу с моим оттиском.
– Если это будет возможно, – ответила ему в том же тоне. Отчего мы оба понимающе улыбнулись друг другу.
Посчитав это хорошим началом, я взяла на себя смелость наполнить наши чашки чаем и, встав, одну из них передать прямо в руки барону Расбу. Тот от души поблагодарил, а затем весело спросил: