Конференц-модуль оказался забитым.
Кто-то стоял, прислонившись к стенам. Переди – Лера, Маркус, Кобе, ещё пара незнакомых Игорю людей в форме с эмблемой «NovaTerra» – явно представительский уровень.
– Так, давайте без пафоса, – Лера дождалась, пока гул голосов стихнет. – Мы не открываем новую галактику. Мы обсуждаем проблемы.
– И это уже пафос, – пробормотал Женька у Игоря за спиной.
Кобе кивнул Лере:
– Начинай.
На стене вспыхнула голограмма. Сначала – карта базы. Потом – участок леса рядом.
– За последние трое суток, – начала Лера, – у нас произошло несколько вещей, которые по отдельности выглядят как «странная мелочь», а вместе – как тенденция.
– Я люблю это слово, – мрачно заметил Женька. – После него всегда начинается веселье.
– Первое, – сказала Лера, переключая слайды. – Стройбригадные роботы. Маркус?
Маркус вышел вперёд, потянув рукой голограмму ближе.
– Вчера утром робот-укладчик «С-42» вышел для расчистки площадки под будущий техмодуль в секторе север-2, – сказал он. – В режиме автономии. Маршрут был простой: вдоль меток, без входа в плотный лес.
Он вывел траекторию движения: ровная линия, чуть дугообразная.
– Через двадцать две минуты мы потеряли телеметрию, – продолжил Маркус. – Сигнал пропал.
– Обрыв связи? – спросил кто-то из строителей.
– Мы так и подумали, – кивнул Маркус. – Отправили второго робота, «С-38», в режим поиска, плюс дрон сверху.
Голограмма сменилась – теперь на ней было видео.
Лес. Светящиеся стволы. Туман.
Дрон летит над кронами, картинка немного подрагивает.
– Смотри внимательнее, – тихо сказала Игорю Эльза.
Картинка наклонилась вниз. В поле зрения – площадка, похожая на выгоревшую проплешину.
Чёрный круг, метров пятнадцать в диаметре. В центре – обгоревшая, перекошенная туша робота.
Металлические «руки» закручены, как пластилин. Поверхность корпуса – местами расплавлена.
– Это что, молния? – предположил кто-то.
– Мы проверили, – сказал Маркус. – В это время никаких грозовых разрядов не фиксировалось.
– Метеорит? – спросил другой голос.
– Тогда был бы кратер, – заметил Женька. – А тут…
– А тут, – продолжил Маркус, – слой почвы обуглен на глубину от трёх до пяти сантиметров. Ниже – температура нормальная, корни целы. Нет следов взрыва, нет следов химической реакции. Просто…
Он сделал паузу.
– Локальный тепловой импульс.