— Да!
— Этого я не ожидал. Но вспомните, что Сэйерс никогда не встречал атавистов. Он много знает о них, но не встречался с ними лично. В отличие от меня.
— Какое это имеет значение? — спросила Сил. — Я понимаю, что атависты не очень хорошие люди. Они эгоистичны, они соперничают, они убивают друг друга и, вероятно, совершают преступления, которым у нас нет даже названия. Но они настоящие люди. Они испытывают настоящие чувства. Они могут в полной мере использовать свой разум и, действительно, творят с его помощью чудеса. В качестве писателей, ученых, художников, музыкантов…
— Я знаю, Сил, я все это знаю, — вздохнул Уаймен. — Я не хотел, чтобы вы встретились с другим атавистом…
— Вы хотите сказать, что теперь я могу… — взволнованно воскликнула Сил.
— Я не вижу альтернативы. Только вы должны обещать, что не скажете ему, что вы тоже атавист. Он видит в этой роли только себя, и вы ничего не измените, но в противном случае…
Сил не слышала его. Она была ужасно взволнована от мысли, что скоро увидит кого-то с такими же проблемами, как и у нее самой. Она так долго этого хотела — всю свою жизнь.
— Вы обещаете. Сил? — спросил Уаймен.
— Обещаю. Но что бы ни произошло между мной и ним… разве вы не понимаете, что это не имеет никакого значения? Я знаю теперь, что счастливый мир, мир Синей Птицы, и мир человека разумного всегда будут разными. И это сейчас неважно.
— Я понимаю, Сил, понимаю, — повторил он. — Поезжайте к нему. Рекс Уолтон. Живет в Йоркшире, неподалеку от Лидса.
Сил посмотрела на него с неожиданной проницательностью.
— А что, если я влюблюсь в этого Рекса Уолтона?
— Тогда я надеюсь, вы будете счастливы.
— Но вы считаете, что этого не произойдет? Хорошо, я хотела бы в любом случае повстречаться с атавистом. Но я хочу сказать, Генри… что бы ни случилось, это не повлияет на то, что современные люди — не настоящие, и они должны снова стать реальными, даже если станут при этом менее счастливыми.
— Нет, — возразил Уаймен. — Я не думаю, что это произойдет.
Его отказ от дальнейших обсуждений этой темы озадачил Сил. Он мог бы начать спорить. Она сама знала несколько аргументов, которые можно было привести в защиту противной стороны.
— Будьте осторожны, Сил, — сказал Уаймен напоследок.
Три здания стояли вместе, как маленькая община. Самым большим был дом Уолтона. Рекс являлся вторым из шести детей и, разумеется, никто больше не был атавистом.
Когда Сил посадила самолет, неподалеку была дюжина человек, и еще прежде, чем самолет остановил пробег, Сил определила, кто из них Рекс. Она сразу узнала его по высокомерному виду. Несколько секунд она разглядывала его, прежде чем выйти из самолета.
Так вот он какой, атавист, подумала она.
Сил не влюбилась в него, но нельзя сказать, что ей не понравилось то, что она увидела. Рекс был высокий и сильный, но таких было большинство. У него был недовольный, мрачный взгляд, по которому Сил и узнала его, но он не был в чем-то непривлекательным.
В двадцатый раз она спросила себя, почему Уаймен передумал и послал ее, в конце концов, к Уолтону? По-видимому, предполагалось, что ей не понравится Рекс и она оставит идею избавить всех от мыслительного контроля, который, по словам Сэйерса, продолжался во всем мире. Но Сил не думала, что это произойдет. Разве не гораздо более вероятно, что они с Рексом найдут общий язык, познакомятся, обнаружат друг в друге родственные черты, которых не встречали у тысяч других людей?
И была еще одна причина, почему она колебалась. Сил снова подумала о Греге. Всегда было трудно не думать о Греге. Между ними не было никаких прекрасных отношений, но… она не хотела терять его. Сил не была уверена, что хочет встретить человека, который мог бы встать между ней и Грегом.
Но это же просто смешно, сердито сказала она себе. Она потратила всю жизнь на поиски счастья, которого никто больше не искал, и вот теперь ей подвернулся хороший шанс. Впервые она встретится с человеком, таким же, как она сама, с человеком, который поймет ее проблемы так, как никогда не смог бы понять Грег, с человеком, с которым она могла бы разделить жизнь… и она колебалась, потому что не хотела терять нечто совершенно не нужное, то, что было у нее с Грегом, то, что не было ни любовью, ни счастьем, а в лучшем случае, привязанностью и чем-то поверхностным.
Она вышла из самолета и направилась прямо к Рексу. Сил не стала предупреждать его о прилете, потому что не знала, что сказать ему.
— Рекс Уолтон? — улыбаясь, спросила она. — Я Сил Дуглас. Могу я поговорить с вами? Обещаю вам, что у нас есть весьма интересная тема для беседы.
Он нахмурился еще сильнее, когда посмотрел на нее.
— Вас послал Уаймен, — сказал он обвинительным тоном.
Сил кивнула.
— Знаю я, что он сказал, — проворчал Рекс. — Рекс Уолтон, получеловек, урод, причуда природы, сегодня и ежедневно на арене! Уаймен обещал, что оставит меня в покое, но, как я вижу, его обещания ничего не стоят.