Периметр празднества охраняли воины, закованные в тяжёлую латную броню. Блики огня плясали на чёрной стали, оживляя мёртвый металл. Я сразу узнал эту сталь, чёрную, как сама ночь. Это могло означать только одно, что среди гостей будет и сотник.
Я вопросительно глянул на наставника. Старик лишь коротко кивнул, ничуть не смутившись таким соседством.
— Так даже лучше, нэк, — тихо бросил он. — Заодно и с руной сразу разберёмся, не придётся разыскивать Тьяа Ан.
В кругу пирующих царил суровый порядок.
Центр поляны занимали три длинных ряда столов. Сколоченные наспех из необтёсанных досок, они выглядели грубо, но достаточно надёжно, чтобы выдержать и горы мяса, и удары тяжёлых кулаков подвыпивших орков.
Воздух над станом вибрировал от гортанных криков, пьяного хохота и звона посуды.
Я оглянулся на туши у треног. Это явно был запас на долгую ночь. В центре столы уже ломились от готовых угощений.
Потемневшее от жира дерево было плотно заставлено запечёнными целиком молодыми вепрями. Их поджаристые бока лоснились, истекая горячим соком. Этот густой, дурманящий аромат жареного мяса полностью перебивал даже едкую гарь костров.
Я невольно хмыкнул, поражаясь ненасытности серокожих.
Где-то справа затянули тягучую, похожую на рычание песню. За соседним столом двое воинов злобно переругивались. Никак не могли поделить лучший кусок мяса.
Но вот чего здесь действительно было в избытке, так это выпивки. Орки явно не собирались страдать от жажды. Каждого вепря, словно верная стража, окружало по два, а местами и по три пузатых деревянных бочонка с медовухой.
— Ты и ты идти за мной.
Грубый окрик отвлёк нас от созерцания снеди. К нам подошёл тот самый орк-вестник, что днём передавал приглашение. Не дожидаясь ответа, он развернулся и повёл нас мимо шумящих воинов.
Во главе пиршества, поперек трёх основных рядов, возвышался широкий и массивный стол.
— Вожди кланов, нэк, — тихо пояснил учитель, заметив мой взгляд.
Центр стола заняли хозяева.
Там восседал Черногриб в компании Драала и незнакомого мне, но не менее могучего с виду орка. То, что Драалу дозволили делить трапезу с верхушкой, говорило само за себя. Лишь сын вождя имел право сидеть по правую руку. Рядом с ними расположился Тьяа Ан и несколько троллей. Нам же проводник молча указал на свободные места, как можно дальше от шамана и военачальников.
Нас усадили выше простых рубак, но у самого края, к молчаливой свите. Место для почетных гостей, которых здесь не уважают.
— Провокация по-орочьи? — шепнул я учителю, косясь на сидящих в центре вождей.
— Нет, — отмахнулся гоблин. — Им что уступить свои места, чтобы ты погрел бок рядом с сотником? Или потеснить своих приближенных ради чужака?
— Нет, учитель.
— Так как это орки, я бы не искал здесь скрытый смысл или начало какой-то хитрой многоходовки.
Наставник сгрёб со стола наполненный кубок, так что через край плеснула мутная бурая брага, и вскинул его перед собой:
— Приветствую вождей, нэк!
Я последовал его примеру, молча салютуя присутствующим.
Сотник даже не заметил нашего появления. Он продолжал о чём-то увлечённо переговариваться с пожилым орком.
Черногриб не удостоил нас ответом. Он лишь задержал на мне давящий взгляд, после чего отвернулся и лениво махнул рукой куда-то в темноту. Из теней тут же вынырнули несколько дюжих орков. Каждый, надув жилы на шее, тащил перед собой массивный, отполированный до блеска череп с огромными изогнутыми рогами.
Между общими рядами и столом вождей оставалась свободная площадка шагов в двадцать шириной. Именно там, строго по центру, слуги выставили все пять черепов в ряд, словно трофеи на продажу.
— Знаменитая орочья забава «Крошево», — пояснил Зуг’Гал, тоже с интересом наблюдая за приготовлениями. — Победит тот, кто расколет череп тарга меньшим числом ударов. Готовься, нэк, тебя обязательно вызовут.
Старик подмигнул мне и криво усмехнулся.