— Видел, но… — Сёма замялся, — представлял вас… иначе.
Похоже, головой его приложили куда сильнее, чем Лейн рассказывал. Внешне не видно, даже шишки особо нет. Но голова — штука, даже у орков… наверное.
— «Иначе» — это как?
— Ну такими…
Смущающегося орка лично я видел второй раз в жизни. Причем оба раза это был один и тот же орк.
— … с длинными носами, клыкастые и все такое.
Обычно я эмоции стараюсь сдерживать. Не как эльфы, но все-таки… умение держать морду кирпичом во многих случаях бывает крайне полезно. Но день был тяжелый, два перед ним — еще хуже, поэтому меня пробило. Упал в кресло и принялся хохотать, дрыгая ногами. Даже Лейн отвлекся от лекции, какой шейный платок будет правильно сочетаться с выбранным им жилетом.
— С тобой все в порядке?
— Совершенно, то есть абсолютно. Дядюшка… у вас вроде эльфийские сказки для детей были⁈ Подарочное издание, с картинками, вы еще одну все хотели на стену повесить. Можно её принести?
Если Дядюшка и удивился, то виду не подал. Мигнул одной из дочек или племянниц, та сбегала наверх и меньше, чем через минуту на столик перед орком торжественно водрузили книгу. Нет, не так — КНИЖИЩУ! Обложка с золотым тиснением, бронзовые заклепки по краям, заперто на замок, которому иная денежная шкатулка позавидует. Ключик от замка Дядюшка торжественно выудил на цепочке из-под своих многочисленных одёжек.
— Прошу!
Как я и помнил, жЫр там начинался практически с первой страницы. Стая зеленых карликов, раза в полтора меньше гномов, не говоря уж о настоящих гоблинах, обступила, плотоядно скалясь клыкастыми пастями до ушей, полуодетую в обрывки плаща эльфийку. Дева, к слову, была худая как огородное пугало и на что там было истекать слюнями — совершенно непонятно. Еще через пару страниц похожий карлик с длинным крючковым носом тянулся за кошельком через стол в таверне — то ли брал заказ на убийство благородного героя, то ли продавал родную мать — не свою, понятное дело, а все того же благородного героя.
— Но…
— Время было такое! — пояснил я. — Дети должны были знать, что их отцы и матери сражаются с мерсскими уродцами. Прибавь к этому вечные идеи о превосходстве эльфийской расы, которые они впитывают с молоком…
— Между прочим, мои длинные эльфийские уши прекрасно все слышат, — обиженно заявил Лейн, с ног до тех самых ушей задрапированный кусками ткани, кое-как скрепленными булавками.
— А что, скажешь, не правда?
— Скажу. По части расизма нам до гномов далеко.
— Уёл.
Мы, гоблины, существа не злопамятные, поэтому с местью я затягивать не стал. Дождался, пока выйдем на улицу и торжественно высыпал в ладонь эльфа пять талеров. Треть от «сэкономленной» суммы. Надеялся, что будет больше, но… орк действительно здоровый, ткани на него уходит много.
— Это еще что?
— Твоя доля. Сегодня вечером своди сестру в хороший ресторан, там напейся… и наберись храбрости сделать что-нибудь?
— Например⁈
— М-м-м, — я изобразил глубокую задумчивость, — ну я не знаю, что там у вас, эльфов, принято. Спой песню, станцуй…
— Спасибо за совет… — голос у Лейна звенел от злости, но я все же взял его за воротник пиджака. Пришлось тянуться на цыпочках.
— Послушай, ты, эльфийская морда. Она моя любимая сестра, а ты мой друг, лучший из всех, что у меня были. Поэтому смотреть, как вы маетесь, потому что чья-то голова наполнена бреднями прошлой Эпохи мне вдвойне тяжело. Смекаешь.
— Смекаю, — Лейн отвел взгляд. — Но… ты не понимаешь, что Тари для меня значит…
— Не понимаю⁈ Чудило, мы о моей сестре говорим!
— Я… боюсь её напугать, обидеть.
Ноги все-таки устали, поэтому пиджак пришлось выпустить.
— Даже злиться на тебя не могу. Лейн, ты… скажи спасибо, что Тари настолько погружена в свои железки. А то бы давно уже извела себя и меня вопросом: «что во мне не так⁈». Понял? Или мне вас лично уложить в кроватку⁈