Но я не могла так поступить с тем, кого больше всего на свете любила.
— Нет, мой хороший. Я не вправе лишать тебя будущего. К тому же, кто-то должен присмотреть за отцом. Эта его истинная… Мелисса. Она приходила ко мне. С первого взгляда может показаться, что она тихая, кроткая девушка. Но, уверяю тебя, это не так. Что-то в ней есть. Опасное и злое. И я прошу тебя, мальчик мой, будь осторожен. Не выводи её на конфликт… Я не переживу, если с тобой что-то случится.
Дарок нахмурился, обдумывая мои слова. Он всегда был проницательным мальчиком, и я знала, что он примет верное решение.
— Хорошо, — наконец произнес он. — Я останусь. Но я, надеюсь, что отец хотя бы позволит мне навещать тебя?
— Конечно, милый, — соврала я, зная, что Шейн, конечно же, никогда не даст на это своего согласия…
Но Дароку не зачем было знать это. Не сейчас. Потом. Когда я уеду. Иначе, он просто не отпустит меня. Либо поедет вместе со мной.
Дарок пробыл в моей комнате ещё не менее часа.
А когда сын встал, чтобы уйти, я обняла его крепко-крепко, пытаясь запомнить, как пахнет счастье.
— Береги себя, мой мальчик, — прошептала я ему на ухо. — И помни, что я очень-очень сильно люблю тебя.
— И я люблю тебя, мам, — ответил он и, быстро коснувшись губами моей щеки, вышел из комнаты.
Оставшись одна, я ещё какое-то время сидела неподвижно, прислушиваясь к затихающим шагам Дарока в коридоре. И лишь когда за дверью воцарилась полная тишина, я поднялась и, взяв стул, подошла к двери. Подперев спинкой стула дверную ручку и убедившись, что дверь заперта достаточно надежно, я вернулась к прерванному занятью.
Выудив платье из груды вещей, я придирчиво осмотрела распоротый крой.
Удовлетворённо хмыкнув, я отложила платье в сторону. Затем взяла ножницы и, распахнув дверцы шкафа, начала безжалостно срезать драгоценные камни с роскошных нарядов…
15
ОТЪЕЗД
Высокородные драконессы не жалели средств на свои наряды, и их платья, казалось, были сотканы из одних драгоценных камней. А так как Шейн не хотел, чтобы его супруга в чём-либо им уступала, мне приходилось соответствовать первородным. Я заказывала для себя одежду только у самых именитых портных, а украшали мои наряды самые известные в Райнерии ювелирные мастера. И если раньше вся эта показная роскошь не особо нравилась мне, то сейчас, я была даже благодарна Шейну за это, ведь для того, чтобы набрать необходимое количество камушков, мне пришлось изрезать всего-то несколько платьев.
Я портила собственные роскошные наряды быстро, методично и без единого сожаления.
Отрезая только самые крупные камни, складывала их на кровать. И когда на постели образовалась довольно внушительная горка сверкающих камушков, я отложила ножницы и закрыла шкаф. Окинув удовлетворенным взглядом плоды труда своего, я аккуратно разложила на постели выбранное мной платье с золотой каймой на подоле и, присев возле него, начала запихивать камни в распоротый шов.
Один за одним: изумруд за сапфиром, за сапфиром — рубин, за рубином — алмаз.
Я старалась размещать драгоценности равномерно, чтобы со стороны платье не выглядело деформированным и чтобы оно, ни в коем случае, не вызвало у слуг подозрения. Мысленно благодаря Шейна за его любовь к роскоши, я заполняла шов, превращая обычный наряд в своеобразный тайник.
И когда последний камень занял свое место, я осторожно зашила распоротый шов. Вернув иглу с нитью в игольницу, я выпрямилась и бросила взгляд на неплотно задернутые шторы.
За окном занимался рассвет, а значит, времени на сборы у меня практически не осталось.
Извернувшись, расстегнула молнию на спине и, стянув с себя платье, прошмыгнула в ванную комнату. Глаза из-за бессонной ночи слипались, и чтобы хоть немного взбодриться, я окатила лицо ледяной водой. Но легче не стало. Спать хотелось безбожно. Но сон для меня был сейчас непозволительной роскошью.
— Ничего. Путь предстоит неблизкий, посплю прямо в карете, — подбодрив себя, вышла из ванной.
Надев подготовленное платье, которое на данный момент стоило примерно как наш особняк, я подошла к зеркалу, покрутилась возле него и устало улыбнулась своему отражению. Платье выглядело идеально, как будто и не было никакого вмешательства. Единственное, что могло выдать меня, это лишь то, что оно стало чуть более тяжелее, чем ранее.
Но об этом ведь никто не узнает?
Наверное… Нет.
Или, возможно, да? Но только в том случае, если перед отъездом Шейн прикажет своей преданной своре слуг, обыскать меня.
Но, я надеялась, что до этого не дойдёт.
Взяв резной гребень с трюмо, быстренько прошлась им по волосам, а после заплела их в косу. Окинув взглядом своё отражение, поняла, что едва не забыла о главном. Вернувшись к шкафу, достала из его недр широкий ремень и решительно затянула его на талии. Ремень был грубым, мужским, совсем не подходящим к изящному шелку, но сейчас эстетика волновала меня меньше всего. Важнее, спрятать кинжал, тот самый, что подарил мне супруг.