– Ты не хочешь, чтобы я убивала, да? – спросила я. – И поэтому делаешь мне вот так?
Мамочка, это опасно. А то, что опасно для тебя, опасно и для меня.
По дороге обратно в город я увидела ту самую женщину-следователя, инспектора Жерико. Она сидела на скамейке, обращенной к морю. Сидела в плотно застегнутом дождевике цвета хаки, с собранными перламутровой заколкой волосами и с коричневой кожаной сумкой на коленях, и ничего особенного не делала – просто смотрела вдаль, на морской простор. Подошвы ботинок были плотно прижаты друг к другу, а глаза не мигали, несмотря на ветер.
Она меня заметила, и глупо было делать вид, будто я ее не вижу.
– Приятная встреча, – сказала я.
– Здравствуйте, Рианнон, – проговорила она, медленно поворачиваясь, как будто прерывая приятное сновидение.
– Простите, надеюсь, я вас не разбудила?
– Нет, я как раз вас ждала.
Она расстегнула сумку и достала небольшой блокнот и ручку.
– У меня появились еще кое-какие вопросы о Крейге. Где вам будет удобнее поговорить?
– Только не в доме, – сказала я. – Для Элейн все это слишком тяжело. Можно пойти в «Бей Байтс». – Я кивнула в сторону кафе.
Мы заказали капучино (для нее) и горячий шоколад со сливками и дополнительной посыпкой (для меня), и, пока пили это, она задала мне все мыслимые и немыслимые вопросы о Крейге, которые не успела прояснить раньше: о его друзьях, о людях, с которыми он работал в каменоломне, о людях, с которыми он в последнее время занимался строительством и ремонтом. И о моем отце.
– Крейг и Томми очень близко общались.
Вроде бы эта фраза не предполагала ответа, но я все-таки ответила:
– Да, они дружили. Папа к нему очень хорошо относился.
– И они вместе работали, – сказав это, Жерико поднесла карандаш к губам, но грызть не стала.
– Какое-то время, да. Когда папа заболел, Крейг подхватил его строительную работу.
– С друзьями вашего отца он наверняка тоже был хорошо знаком, да?
– Что вы имеете в виду?
Жерико позволила вопросу повиснуть в теплом воздухе кафе. Я прекрасно знала, что она имеет в виду, – и она знала, что я знаю.
– Если вы спрашиваете, не занимался ли Крейг самосудом, как мой отец, то нет, не занимался.
– Но ведь у Томми и Крейга могли быть общие знакомые? Возможно, однажды вечером после работы Томми познакомил Крейга с кем-то из своих бывших напарников?
– Не знаю.
Я шумно втянула обжигающе-горячий шоколад и как сумела изобразила на лице смирение.
– Наверное, вам лучше спросить об этом Крейга.
– Мы уже спросили.
– И что он сказал?
– Почти ничего. С кем он был в последнее время особенно близок?
– Его самые старые друзья – это Эдди, Гари и Найджел. С Эдди он учился в школе, а с Гари и Найджелом познакомился в техникуме.