– Знаешь ее? Нам не удалось установить ее личность – наверное, новенькая.
Девушка лишь мельком взглянула на фотографию.
– Да, кажется, я помню ее имя.
– Кажется?
– У меня нет стопроцентной уверенности.
Миллер снова кивнул и достал бумажник. Потом открыл его и повернулся к Сю.
– Не одолжишь мне десятку? Боюсь, я сейчас на мели.
– Серьезно?
– Я отдам. – Миллер толкнул девушку локтем. – Скажи ей, что я отдам.
– Да уж, в долгу он не останется.
Она с самым невинным видом наблюдала, как Сю роется в кошельке и вытаскивает десятифунтовую банкноту.
– Я не забуду твоей щедрости, – сказала она.
Миллер ухмыльнулся.
– О, я не сомневаюсь!
Сю протянула им банкноту, и в этот самый миг у нее зазвонил телефон; увидев, кто ей звонит, она отошла в сторону, чтобы ответить, – и в результате упустила несколько драгоценных секунд разговора Миллера и девушки. А ведь она заплатила за эту информацию! Она медленно подошла к ним и стала слушать свободным ухом.
– А еще меня очень интересует Шахматист, – сказал Миллер.
– Я слышала, он в Лондоне.
– Что, решил повидать Его величество?
– Что слышу, то и пою.
– Ладно, тогда, если сможешь, попытайся выяснить, там он еще или уехал. У меня к нему есть разговор.
Девушка пристально посмотрела на банкноту в руке Миллера.
– И я должна так напрягаться за какой-то несчастный чирик?
– Ну, возможно, мне удастся раскрутить мою скопидомную коллегу еще на некоторую сумму – если будет за что. – Он кивнул в сторону Сю. – У нее ж там все уже корни пустило! Я тебе отвечаю – корни!
Девушка расхохоталась, и Миллер отдал ей банкноту.
– И чтоб все до последнего пенни потратила на алкоголь и наркотики, поняла?
– А как же.
– И даже не думай на это покупать, не знаю… еду.
Девушка спрятала деньги поглубже.
– За кого ты меня держишь?
– И сообщи, как будут новости.