От его горящего взгляда мне уже страшно.
— Да похоже оно меня не берёт, — вздёргивает король бровь с весёлой усмешкой.
Чешет грудь, и я почти готова увидеть, как он рыгнёт, словно грязнорабочий.
Вспоминаю почившего мужа хозяйки: тот вот так же сидел развалившись на стуле, колени раздвинув в стороны. Ждал, когда его покормят. Сыто чесал волосатую грудь сальной рукой и ногтем выковыривал ошмётки из зубов. И рыгал так, что пропадал всяческий аппетит!
Слава Старцам, Хитэм до такой мерзости не опускается. Ест вилкой, ловко нанизывая кусочки, и жуёт с закрытым ртом.
Выдыхаю от облегчения. Я боялась, мне будут сниться кошмары.
— Как это — не берёт? — внутренне напрягаюсь теперь по другому поводу. — Может, вино слабое?
— Я так не думаю, — заявляет уверенно и снова щупает грудь. — Рана тоже зажила слишком быстро. Что думаешь об этом?
И смотрит так пристально! Как будто подозревает, что я всё знаю и намеренно скрываю секрет!
Пожимаю плечами как можно беспечнее.
— Хозяйка делает удивительные бальзамы, ускоряющие регенерацию.
Король ухмыляется так скептически, что я тут же краснею.
— Ну, откуда мне знать! — набиваю рот нежным белым мясом, почти мурча от удовольствия.
Святые угодники, как же вкусно!
— Нравится?
Поднимаю глаза. Хитэм довольно скалится, и во мне опять пробуждается мстительность.
—
Его лицо вытягивается и бледнеет. Только не от обиды, как у нас, девочек. А от закипающей злости.
Продолжаю жевать, стараясь не подавиться от жадности. Рыбка нежная и сочная, во рту тает. В меру подсоленная, ароматная. Картошечка мягкая и воздушная, вся пропиталась рыбным соком.
Наблюдаю за меняющимся выражением лица Хитэма. И жду, жду в нетерпении, когда до него дойдёт.
— Ясно, — говорит он по-мужски кратко, вперив взгляд в стол.
И вдруг начинает тихо смеяться. Над собой.
Ну вот же! Не так уж и сложно.
Я широко улыбаюсь, радуясь его неожиданно мягкой реакции.
Он смеётся громче, поднимает глаза к потолку. Прямо-таки заливается, аж утирает слёзы. На меня не смотрит.
Я смеюсь тоже, но хватает меня ненадолго. Уверенность начинает таять, когда смех Хитэма становится всё более жутким и озлобленным, уже изрядно пугающим.
Его реакция… ну, не такая, как я ожидаю. Немножко неадекватная.
Хотя чего я ждала? Он только недавно успокоился, а я его провоцирую снова…
Мне больше не смешно. Мне страшно, потому что задетый за живое мужчина выглядит очень опасно.
В какой-то момент он резко замолкает и смотрит на меня так, что воздух между нами начинает искрить.