- Не знаю, скоро ли это будет, - сказал Даниэль с грустью.
- Значит, нужно... Нужно зашить рану! - воскликнула я, хотя сразу поняла, что здесь нет никаких инструментов для этого - ни иглы, ни ниток. Что же делать?
Неожиданно Даниэль резко выбросил руку вперёд и вбок. Оглянувшись, я увидела, как принц Вильям появился прямо позади нас и протягивал ко мне руку. Если я правильно понимаю, ему, чтобы переместить кого-то, нужно коснуться этого человека. Я отпрянула в сторону, а Даниэль тем временем выпустил свой ледяной огонь в сторону принца и рука того... Та рука, которой он хотел меня схватить... Она занялась ледяным огнём и принц истошно закричал, а потом переместился. Кажется, у него что-то не получилось, потому что он пропал на мгновение, а потом снова появился в этом же месте. Тогда он снова воспользовался своей силой и исчез, уже насовсем.
Я бросилась к Даниэлю. От резкого движения из раны хлынула кровь. Кажется, кинжал сместился... В сторону сердца. Даниэль сделал тяжёлый вдох и сказал так тихо, что я едва услышала:
- Я люблю тебя.
А потом, сделав последний вдох, осел на пол. Нет! Нет, не умирай! Только не это! Я схватила Даниэля за плечи и поняла, что он больше не дышит. Внутри всё взорвалось невыносимой болью и, рванув из его груди кинжал, я надавила двумя руками на рану, вливая свою магию. Её почти не было, но я тянула и тянула её откуда-то изнутри, и она медленно перетекала к Даниэлю, сращивая ткани. Первым делом - сердце. Потом лёгкие. Я чувствовала невероятную слабость, но продолжала вливать магию, которой давно в себе не чувствовала. Я словно тянула её... Из своих жизненных сил. Но ничего. Главное, чтобы Даниэль выжил.
Не в силах больше сидеть, я легла рядом с Даниэлем, продолжая держать одну руку на его ране. Надеюсь, принц больше не появится, а то мы сейчас оба беззащитны перед ним. Я почувствовала, что смогла устранить повреждения внутренних органов и принялась сращивать мышцы и кожу. Глаза закрылись сами собой, но я чувствовала, что делать, и не глядя. Когда всё срослось, я надавила рукой на грудь Даниэля. Магических сил, чтобы запустить сердце, совсем не осталось. Сердце Даниэля не билось. Я надавила снова, а потом ударила со всей силы. А потом ещё и ещё раз, пока сердце Даниэля не забилось. Тогда я успокоилась и силы окончательно меня покинули.
Последнее, о чём я подумала - "я тоже люблю тебя".
Глава 41
Я с трудом открыла глаза. Всё тело болело, а особенно - голова. Словно с похмелья. Хоть я и ненавидела алкоголь, раз в жизни я всё же напилась. Было это ещё в прошлой жизни, когда я была Майей Сорен. Когда я собиралась переезжать от матери, мы с ней сильно поругались. Дело в том, что я накопила немного денег на подработках, сняла себе комнату и предложила маме пройти лечение от алкоголизма. В то время она как раз вышла из запоя и, как мне тогда казалось, действительно хотела бросить пить. Она согласилась лечь в специализированную клинику и я даже оплатила первый взнос за лечение. Однако, в последний момент мать отказалась ехать в клинику. Тогда мы и поругались. И, собрав оставшиеся вещи, я съехала из её дома, пообещав, что она больше меня не увидит. Тогда мне впервые захотелось напиться. Понять, что же мать находит в этом такого, что готова забыть обо всём и обо всех на свете. Мне не очень понравилось, особенно ужасное похмелье с утра.
Голова плохо работала, глаза болели от света. Я закрыла их, но потом вспомнила всё, что произошло - похищение принцем Вильямом, их сражение с Даниэлем и то, как Даниэль был ранен. И даже то, как он перестал дышать. Я судорожно вдохнула и распахнула глаза. Хотела позвать Даниэля или кого-то ещё, но из горла вырывалось только сипение. Попыталась встать, но не смогла - тело не слушалось. Я испугалась - меня что, парализовало? И где Даниэль? Он жив? У меня получилось снова запустить его сердце, или это привиделось мне, когда я потеряла сознание?
И тут...
- Аврора, ты очнулась! - это голос Даниэля.
- Даниэль, ты жив! - просипела я и с трудом села, забыв ненадолго о боли во всём теле.
Он выглядел взволнованным и немного бледным. Сев на мою кровать - а это была моя кровать в имении отца, он поправил мне подушки и с тревогой вглядывался в моё лицо. Я же с не меньшей тревогой осмотрела его. Не выдержала и потянулась к рубашке, чтобы проверить рану.
- Эй, не так быстро, - рассмеялся Даниэль, - Если переживаешь о ране, с ней всё нормально, ты её вылечила.
- Хочу сама посмотреть, - сказала я, с трудом двигая языком, но Даниэль убрал мои руки.
- Сейчас тебе нужно отдыхать. Ты отдала много сил, вернув меня с того света. Ложись, а я пойду скажу отцу, что ты очнулась, - сказал Даниэль и уложил меня обратно в кровать, а сам вышел.
Как только голова коснулась подушки, глаза сами собой закрылись и я снова провалилась в сон, слыша словно издалека голос отца и Даниэля. В следующий раз я проснулась и почувствовала себя намного лучше. На улице то ли сгущались сумерки, то ли светало. Моё тело всё ещё болело, но у меня хотя бы были силы подняться. Даниэль сидел в кресле возле меня и спал. Кажется, он выглядел лучше - не такой бледный. Я по привычке потянулась к своей силе, чтобы проверить его рану, но ничего не ощутила. Словно у меня никогда и не было магии. Чувство было ужасное - будто я лишилась какого-то важного органа или части тела. Но Даниэль сидит здесь, живой и невидимый, а это важнее всего остального. Я устало легла в кровать и некоторое время наблюдала за Даниэлем, а потом снова уснула.
Проснувшись в следующий раз, обнаружила в том же кресле отца. За окном было темно и он задремал, подложив руку под голову. Хорошо, что папа сидит здесь, а не Даниэль, потому что мне срочно нужно было в туалет. Вернувшись, я сразу попала в объятия папы. Он что-то неразборчиво бормотал и гладил меня по голове. Это было приятно, что он так за меня переживал. Мой любимый папа!
Когда он, наконец, отпустил меня, начались бесконечные вопросы:
- Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? Голова не кружится?
- Пап, со мной всё нормально, - прервала я его, - Лучше расскажи, как Даниэль?
- Он в порядке, - ответил отец, - Сидел тут с тобой всё это время, но я отправил его хотя бы душ принять и поесть чего-нибудь.
- Хорошо, тогда расскажи, чем там всё закончилось, раз уж я всё пропустила, - попросила я.
Тут в комнату зашёл Даниэль, и правда после душа. Я бросилась его обнимать, но не слишком рьяно, не забывая, что отец рядом. Всё-таки он не знает о том, что мы с Даниэлем... Любим друг друга, получается. Я вспомнила, как Даниэль признался мне в любви и на сердце потеплело. Повнимательнее присмотревшись к отцу с Даниэлем заметила, как оба похудели. Нужно хорошенько их накормить. Да и я сама вдруг почувствовала, что безумно голодна. Поэтому мы втроём спустились на кухню, хорошо, что все слуги уже спали. Даниэль поставил воду на плиту, а я начала нарезать хлеб на будерброды, но была остановлена отцом - он сам взялся за нож. Пока готовил, рассказал мне то, чего я не знала. А Даниэль иногда дополнял его рассказ.
Оказалось, отец с Джейсоном и королевской стражей были как раз на подходе к храму, когда Даниэля ранили. Он нашёл меня по заколке - артефакту. Сначала предположив, что принц прячет меня в древнем заброшенном замке из обсидиана, не пропускающим магию, все отправились туда. Даниэль не останавливался ни на минуту, почти загнав коня, поэтому вырвался вперёд. Когда он почти добрался, почувствовал артефакт на мне, только в другом месте. Он выжег своим ледяным огнём на дороге стрелу, указывающую в ту сторону, куда он направлялся, затем поскакал туда. Хорошо, что храм, в котором принц Вильям хотел пожениться, был неподалёку.
Даниэль успел вовремя. Надеюсь, он не стал говорить отцу, что принц хотел надо мной надругаться. Дальше я уже знала - Даниэль с принцем сражались, потом принц исподтишка ранил Даниэля, но и тот смог его задеть ледяным огнём. От боли принц не мог нормально перемещаться и во время второй попытки переместился прямо в стену храма. Очевидно, что это стоило ему жизни. Я в это время вылечила Даниэля за счёт собственной жизненной силы, полностью исчерпав магию. Целитель не мог сказать, восстановится магия или нет. На этих словах отца Даниэль помрачнел.
- Не нужно было отдавать все силы, чтобы меня вылечить, - сказал он, не смотря на меня.
- Твоя рана была слишком серьёзной, клинок задел сердце, - сказала я, - Не могла же я позволить тебе умереть!