Глава 1
Однажды я открыла глаза и поняла, что, либо я сошла с ума, либо оказалась в фэнтези романе, став неудачливой злодейкой.
К сожалению, я не сошла с ума. Я действительно попала в книгу и стала злодейкой Авророй, влюблённой в кронпринца Вильяма. Сначала она строила козни, чтобы стать его невестой, но, когда не получилось, решила отравить короля и посадить на трон его бастарда. Естественно, её раскрыли и приговорили к смертной казни. Тем, кто её раскрыл, был герцог Даниэль Виндзор. Он же вынес ей приговор вместо убитого горем кронпринца.
Самым ужасным в этой истории было то, что Аврора, по ужасному стечению обстоятельств (а точнее, по ужасной фантазии автора) оказалась внебрачной дочерью убитого ею короля. То есть, единокровный сестрой кронпринца. Узнав об этом, Аврора не разлюбила его, а, вопреки здравому смыслу, возжелала быть с ним любой ценой. Поэтому связалась с другим единокровный братом - Рейнольдом, внебрачным сыном короля, и предложила ему помочь взойти на престол. Взамен на то, чтобы тот отдал ей Вильяма в безраздельное пользование. То есть заставил бы его жениться. Никого, кроме Рейнольда, она в своё родство с королём не посвятила. Ему же рассказала, предоставив доказательства, которые после этого сразу уничтожила. Рейнольд, который считался сыном графа Джарвиса, был не против занять трон. Поэтому брат с сестрой дали друг другу магическую клятву. Рейнольд поклялся никому не рассказывать о родстве Авроры и кронпринца, а также поженить их сразу после восшествия на престол. Аврора же поклялась, что никогда не даст будущему мужу, пока что кронпринцу, претендовать на престол. А также будет поддерживать правление Рейнольда до конца своей жизни. Благо, влияния у неё было немало.
Но все планы чуть не пошли прахом, когда обо всём узнал её отчим. Он был верен короне и Авроре пришлось от него избавиться. Расследуя смерть своего отца, его сын и сводный брат девушки, Даниэль Виндзор, вышел на убийцу, но слишком поздно. Она успела подсыпать яд королю, своему настоящему отцу, который лишь хотел воссоединиться с дочерью.
В-общем, Аврору раскрыли и казнили вместе с Рейнольдом и другими заговорщиками. Кронпринц, теперь уже король, разгромил армию соседнего государства,напавшего на страну, ослабленную гибелью правителя, женился на любимой, хэппи-энд.
Книга была довольно странной. Лично я, в отличии от восторженных поклонников романа неизвестного никому автора, выложенного в сеть буквально неделю назад, находила кучу несостыковок то здесь, то там. Я, как почти профессиональный психиатр, точно видела, что характеры многих персонажей никак не вяжутся с их действиями. Кроме Авроры, потому что она с детства была капризной и избалованной. Привыкла получать всё, что хотела, потому что после смерти матери отчим исполнял буквально каждый её каприз. Тогда как его родной сын буквально жил впроголодь, Аврора тратила огромные суммы на наряды и украшения, не зная отказа ни в одном своём желании.
Даже то, что одержимая кронпринцем девушка убила отчима, который впервые в жизни не захотел исполнять её желание, не казалось нелогичным. Как и убийство родного отца, которого она вообще не знала. По моему мнению почти дипломированного психиатра она страдала синдромом Адели Гюго. Это психическое расстройство, заключающееся в безответной любовной зависимости и одержимости. Я его как раз его сейчас изучала на профессиональной переподготовке. Аврора была уже, наверное, на последней, третьей стадии, которая не поддается лечению.
Именно поэтому, узнав о кровном родстве с объектом своей одержимости, она не смогла отказаться от него. Именно поэтому она убила своего отчима, к которому, по-моему, всё-таки была привязана. Именно из-за своей болезненной одержимости она и оказалась на плахе.
А вот как я оказалась на месте этой сумасшедшей, я не знала. Автобус, в котором я ехала с профессиональной переподготовки, слетел с моста. Он начал погружаться в воду и кто-то разбил окно специальным молотком. Нас моментально затопило быстро пребывающей в разбитое окно водой. Я помню, что не могла дышать и двигаться. Вокруг была вода и в какой-то момент я инстинктивно попыталась вдохнуть, набрав полные лёгкие воды. Это было ужасно! Хорошо, что сознание быстро меня покинуло.
Но вот я открыла глаза и не узнала место, где находилась. Я лежала в очень большой двухспальной кровати с розовым балдахином. Старинная дорогая мебель, сама комната просто огромная. Слишком большая. Оказалось, это я стала меньше. Маленькие руки и ноги. С трудом слезла с кровати и подбежала к стоящему рядом зеркалу во весь мой рост и даже больше.
Моему удивлению не было предела. Я была ребенком лет девяти. Прекрасной девочкой с голубыми глазами и пурпурными волосами, в красивом, но слегка помятом розовом платье. Немного худой и бледной, как после болезни. Я долго не могла отвести взгляда от отражения - такой красивой я была. Совсем непохожа на настоящую себя. Только если глаза и выражение лица.
- Госпожа Аврора! Вы очнулись! - отвлёк меня от созерцания своего отражения чей-то взволнованный голос.
Я молча уставилась на девушку примерно моего возраста. Моего настоящего возраста, разумеется, а не ребенка, которым я сейчас была. Я ждала каких-то объяснений от неё, потому что кроме того, что у меня начались галлюцинации, ничего в голову не приходило.
- Госпожа Аврора, к Вам пришёл Ваш батюшка, герцог Виндзор! - пролепетала девушка, склонив голову в поклоне.
Герцог Виндзор? Что-то знакомое... Всё-таки галлюцинации, решила я.
В комнату вошёл огромный мужчина. И я поплыла. Высокий, сильный, красивый мужчина лет тридцати пяти - сорока. Тёмные волосы с белой прядкой, лёгкая щетина. И взгляд - столько в нём было заботы, сколько я за всю свою жизнь не видела. И вина. Много вины. Отец. Это был тот отец, о котором я всегда мечтала. Любящий и заботливый, но немного строгий. Тот, на которого я всегда смогу положиться. Тот, кто всегда защитит. У меня даже заслезились глаза от нахлынувших чувств.
- Аврора, ты очнулась... Дочка - сказал мужчина, снизив голос на последнем слове.
- Отец? - воскликнула я.
Я так долго мечтала о том, что мой отец наконец появится. Придёт и спасёт меня от моей ужасной жизни. Заберёт от пьющей матери. А может, заберёт нас обеих и вылечит маму от алкоголизма и у меня будет настоящая семья. А не её подобие, которое было у нас - я, мама и её периодически меняющиеся собутыльники.
Я так долго мечтала об отце, именно об этом заботливом мужчине, что сначала даже не обратила внимание на то, как он назвал меня. Я просто бросилась обнимать его, сразу поверив в то, что мой родной отец наконец нашел меня. Мужчина неуверенно обнял меня в ответ и погладил по голове.
И только тогда я поняла, что едва достаю ему до живота. Что он назвал меня чужим именем, а его называли герцогом. Я чувствовала, что это всё реально, но это в равной степени могло быть и галлюцинациями. Во всяком случае, на профессиональной переподготовке, где я переучивалась с хирурга на психиатра, утверждали, что галлюцинации могут быть не только зрительными или слуховыми, но и обонятельными, тактильными и даже вкусовыми. Всхлипнув от разочарования, я вдохнула запах отца из галлюцинации. Он пах хвойным лесом и немного костром. Идеально. Подсознание выдало мне идеальный образ отца. Ну и пусть. Хоть немного помечтаю.
Но я всё-таки разрыдалась. От того, что вдруг так сильно захотелось, чтобы это было не галлюцинацией, а реальностью. Чтобы я была маленькой девочкой, а он - моим заботливым папой.
Он присел на корточки, а потом и вовсе встал на колени, чтобы быть на одном уровне со мной. Встал на колени в своих странных идеально чистых брюках. Я разрыдалась ещё сильнее от того, что он был лишь моей галлюцинацией.
- Аврора, дочка, мне так жаль, - сдавленным голосом произнёс мужчина. - Это всё моя вина.
Я подняла на мужчину глаза. Столько муки и боли в нём было. Я не понимала о чём он говорил, не знала, почему он звал меня Авророй. Но это сейчас было неважно.
- Это не твоя вина, папа, - сказала я уверенно, глядя ему в глаза. Рука сама потянулась, чтобы погладить этого мужчину, что был моим идеальным отцом, по голове. И тут он разрыдался. Сжимая меня в объятиях, уткнувшись мне в шею, он долго и надрывно плакал.
И тут у меня в голове стали появляться чужие воспоминания. Вспыхивали яркие образы: вот надо мной склоняется красивая женщина, улыбается и говорит:
- Аврора, дочка, я так тебя люблю!
Вот она же, ведёт меня за руку куда-то. Вот мы вместе с ней качаемся на качелях. Вот мы в поле, вокруг много цветов, а мы носимся, раскинув руки, как дети. Хотя почему как, я и есть маленький ребёнок. А эта красивая женщина - моя мама. Я её очень люблю. А она любит меня.