Гретхен подняла на него взгляд, и тепло разлилось по ее телу от выражения его глаз.
— У меня есть еще один вопрос, — сказал он.
— Какой?
— К тебе или ко мне?
ГЛАВА 18
Теперь Колтону нравилось просыпаться именно так.
Обнаженным, в тепле, он прижимался к женщине, которая сводила его с ума, но которая была в полном беспорядке, когда спала.
В любовных романах герои всегда просыпаются и томно смотрят друг на друга, а восходящее солнце бросает теплый отблеск на их лица и переливается всеми цветами радуги в их блестящих волосах.
В Гретхен не было ни одной из этих черт.
Ее лицо было вдавлено в подушку под неудобным углом, так что одна щека изгибалась над приоткрытыми губами. Ее волосы не были очаровательной копной в изголовье кровати. От ворочанья они были спутаны, часть прядей лежала на подушке поверх головы, а часть — на лбу. Темный мазок туши придавал ее лицу готический оттенок. Он не был уверен, но на подушке рядом с ее ртом также могло быть пятно от слюны.
И ему все еще хотелось перевернуть ее, накрыть этот чувственный рот своим и запустить пальцы в ее спутанные волосы, когда он разбудит ее и раздвинет ей ноги. Но сегодня был понедельник, а это означало, что они не смогут провести еще один день в постели, как вчера. Они выбрали его дом после субботней вечеринки, и Гретхен все еще была здесь.
Стараясь ступать как можно тише, Колтон выскользнул из постели и прошлепал в ванную, чтобы ответить на зов природы. Он вздрогнул, услышав звук спускаемой воды в унитазе и плеск воды в раковине, когда мыл руки, боясь, что эти звуки разбудят Гретхен. Но когда он вышел, она все еще крепко спала. Все в той же беспорядочной позе.
Когда Гретхен спала, она спала крепко.
Колтон натянул спортивные штаны, быстро почистил зубы и на цыпочках спустился вниз, чтобы сварить кофе. Пока кофе варился, он наполнил чашку Огурчика и проверил пропущенные сообщения на своем телефоне. Он ни разу не взглянул на него с тех пор, как они, спотыкаясь, добрались до его спальни поздним субботним вечером.
Два сообщения были от мамы, в которых она напоминала, что их самолет приземлится завтра в семь вечера, и просила убедиться — это было подчеркнуто несколькими смайликами — что Гретхен будет у него, чтобы семья могла с ней познакомиться.
Несколько парней добродушно похвалили его за то, что он наконец-то набрался смелости официально оформить отношения с Гретхен.
И еще одно письмо от его менеджера, отправленное всего несколько минут назад.
Бак: Послушал новый материал. Позвони мне.
От волнения у него защипало под мышками.
Лучше покончить с этим сейчас.
Бак ответил немедленно, но его голос выдавал, что он на беговой дорожке. Этот человек работал двадцать четыре часа в сутки и, как было известно, даже принимал звонки в туалете.
— Я не уверен, стоит ли мне сейчас разозлиться на тебя или поцеловать.
У Колтона внутри все перевернулось.
— Как насчет того, чтобы просто сказать мне, что ты об этом думаешь?
Жужжание беговой дорожки участилось.
— Я думаю, это лучшее, что ты написал за последние годы.
— Не вешай мне лапшу на уши, Бак.
— Не вешаю. Я, блядь, плакал, чувак.
И теперь Колтону захотелось плакать. От облегчения у него подкосились колени.
— Ты что-то нащупал, Колтон. Я не знаю, как тебе это удалось, но продолжай это делать. Дай мне знать, когда будешь готов отправить материал Арчи.