Медный кувшин. Шиворот-навыворот: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Если бы только нашлась его фрачная пара! Он вернулся в свою комнату и все перерыл, как сумасшедший, но нигде ничего не оказалось, а так как он не мог решиться встретить гостей в рабочей куртке – что профессор принял бы за умышленное оскорбление и что, конечно, показалось бы грубым нарушением этикета в глазах г-жи Фютвой, если не в глазах ее дочери, – то он решил надеть восточные одежды за исключением чалмы, которую ему никак не удавалось навертеть на голову.

Так наряженный, он снова вошел в зал под куполом, где, к своему большому неудовольствию, увидел, что еще не было и намека на обеденный стол. Он уже начал растерянно искать звонок, когда появился Рапкин. По-видимому, он последовал совету Горация, потому что его волосы были мокры и приглажены, и он был сравнительно трезв.

– Нет, это слишком! – кричал Гораций. – Мои друзья могут сейчас приехать, а еще ничего не сделано. Вы не намерены служить за столом в таком виде, не правда ли? – прибавил он, заметив, что тот был в пальто и шарфе.

– Я не намерен служить ни в каком виде, – сказал Рапкин, – я ухожу, да!

– Очень хорошо, – сказал Гораций, – в таком случае пошлите сюда лакея… Я полагаю, он пришел?

– Он пришел… но опять ушел… Я ему сказал, что он не будет нужен.

– Вы это ему сказали! – сказал Гораций сердито, но потом овладел собой. – Ну, Рапкин, образумьтесь. Не можете же вы в самом деле свалить все на жену: и готовить обед, и подавать его!..

– Она не намерена делать ни того ни другого, она уже ушла из дому.

– Вы должны привести ее назад! – воскликнул Гораций. – Боже мой! Неужели вы не видите, в какое положение вы меня ставите? Мои знакомые уже выехали из дому, теперь слишком поздно им телеграфировать или как-нибудь дать знать.

Пока он говорил, раздался стук у входной двери; и довольно странным показался знакомый звук чугунного молоточка в этой арабской зале.

– Вот они! – сказал он, и мысль встретить их у двери и предложить сейчас же отправиться в ресторан пришла ему на ум, но тут он сообразил сразу, что неудобна его одежда, да и денег не хватит на это.

– В последний раз и вас спрашиваю, Рапкин! – крикнул он в полном отчаянии. – Неужели же вы вовсе не готовили обеда?

– О, – ответил Рапкин, – обед-то будет: его стряпают какие-то дикие нехристи там, внизу, вот что уязвило сердце Марии: видеть, что все взято из ее рук, после того, как она так много хлопотала.

– Но мне нужен кто-нибудь, чтобы подавать! – воскликнул Гораций.

– У вас найдется довольно слуг для чего угодно. Но если вы надеетесь, что честный христианин станет служить вместе с дурномордыми арапами и плясать под их дудку, то вы ошибаетесь, сударь! Пойду переночую у своего зятя и спрошу у него совета об этом деле, потому что он служил швейцаром у адвоката и знает законы. А пока желаю вам доброго вечера и надеюсь, что ваш обед будет вам по вкусу и по желанию!

Он вышел через дальнюю арку, в то время как из передней до Горация долетали слишком хорошо знакомые голоса. Фютвои приехали; ну, во всяком случае, кажется, им будет что поесть, раз Факраш в своем старании делать все основательно сам приготовил и пир, и прислугу! Но кто же доложит о гостях? Где те слуги, о которых говорил Рапкин? Не пойти ли самому встречать гостей?

Через минуту ответ на эти вопросы явился сам собой, потому что, пока он еще стоял под куполом, драпировки центральной арки раздвинулись с шумом и открыли двойной ряд высоких рабов в богатых одеждах; их глаза цвета оникса выкатились и зубы засверкали на шоколадном фоне их лиц, когда они произнесли свое восточное приветствие.

Между этим двойным рядом стояли профессор, г-жа Фютвой и Сильвия; они только что сняли верхнюю одежду и смотрели с нескрываемым удивлением на блеск, который представился их глазам.

Гораций двинулся к ним навстречу; он чувствовал, что попал в тиски, и единственное, что ему оставалось, это принять спокойный вид и верить, что его счастливая звезда проведет его через все затруднения без неприятных разоблачений и безо всякой беды.

Глава 9

(Гнушайся, о чадо, роскошью персов!)

– Наконец-то вы нашли сюда дорогу, – сказал Гораций, сердечно пожимая руки профессора и г-жи Фютвой. – Я просто не могу выразить, как я счастлив вас видеть!

На самом же деле он чувствовал себя далеко не хорошо, и это делало его слишком многоречивым. Но он решил, что если только он будет в состоянии все это выдержать, то не даст ни малейшего повода подозревать что-нибудь неладное или необычное в его домашней обстановке.

– И это, – сказала г-жа Фютвой, которая была очень величественна в черном платье со старинными кружевами и стального цвета вышивкой, – это и есть холостяцкая квартирка, о которой вы так скромно отзывались? Да, – прибавила она, щуря свои проницательные глаза, – вы, молодые люди, умеете устраиваться с удобством, не правда ли, Антон?

– Умеют, – сказал профессор сухо, хотя было очевидно, что ему стоило больших усилий скрыть свое одобрение. – Для таких результатов, если я не ошибаюсь, необходимы бесконечные исследования… и значительные расходы.

– Нет, – сказал Гораций, – нет! Вы бы удивились, если бы знали, как мало.

– Мне казалось бы, – возразил профессор, – что всякая трата на квартиру, которую вы занимаете, полагаю, ненадолго, может назваться выброшенными деньгами, но, конечно, вам виднее.

– Да ваши комнаты прямо чудесны, Гораций! – воскликнула Сильвия, и ее прелестные глаза расширились от восхищения. – И где же, где вы достали этот великолепный халат? Никогда в жизни я не видала ничего милее!

Она сама была прелестна в легком и пышном переливчатом платье нежного яблочно-зеленого цвета; единственным ее украшением был темно-синий египетский скарабей с распущенными крыльями, который висел у нее на шее на тонкой золотой цепочке.

– Я… я должен извиниться перед вами, что принимаю вас в таком костюме, – сказал Гораций с замешательством, – но дело в том, что я не мог нигде найти своего платья; поэтому… поэтому я надел первое, что мне попалось под руку.

– Едва ли это нужно… – сказал профессор, на котором был надет обычный костюм. Но он не обращал внимания на то, что грудь его рубашки топорщится, а белый с торчащими концами галстук начинает лезть к его левому уху. – Едва ли нужно вам извиняться за простоту вашего костюма, который находится в полной гармонии с восточным характером вашей обстановки.