«Главное, чтобы он не самоубился до того, как покинет треклятый городишко», – скептически фыркнул про себя Ровнер.
Путята натужно крякнул, принимая оружие из трясущихся рук дочери, круговым движением рассек воздух над головами боязливо сжавшихся женщин и запустил семейную реликвию куда-то в кусты крыжовника. Жители Хила проводили меч потрясенным взглядом и мысленно поблагодарили Триединого, что прилетело не им.
– Вперед! Изловим лиходейку, нагло портящую наших дев! – обличительно ткнул пальцем в сторону леса градоначальник. – Покажем ей, где раки зимуют!
Горожане знали, что больше дев, чем перепортил сын Путяты, Алдияр, не испортила ни одна ведьма, но дружно промолчали. Спорить с начальством, когда оно вошло в раж, себе дороже. Смотреть, где раки зимуют, вместо ведьмы не хотелось никому.
– А как же лиходеи? – подала голос с задних рядов въедливая Мальфрида. – Утекут ведь.
– Да куда они денутся? Они ж в клетках, – возразил ей кто-то из толпы.
Путята приосанился, обвел собравшихся торжественным взглядом военачальника, вдохновляющего солдат на ратные подвиги. Горожане невольно подобрались, некоторые втянули животы и затаили дыхание.
– Дед Ануфрий! Найди меч и стереги супостатов, – выдал Путята и тронул пятками своего коня.
Гнедой недовольно всхрапнул и тронулся с места. Горожане тронулись следом. Жрец щедро благословил паству, и процессия бодро попылила в сторону ворот. Вытянувшись во фрунт, тяжело опираясь на клюку, обличенный доверием дедок проводил хилчан взглядом. Пусть его лучшие дни позади, но сегодня ему доверили важную миссию и настоящий меч, который предстояло еще найти. Чем он и занялся.
– Мжель, – тихо позвал Ровнер, когда дед проковылял в сторону кустов. – Пора.
Парня не надо было просить дважды. Он быстро освободился от веревки, пережег деревянные прутья решетки и выпустил пленников на свободу. Как назло, дед притащился, когда маги разминались, чтобы разогнать застоявшуюся кровь.
– Стоять, изверги! А то я вас… Ух! – возопил убеленный сединами, тщетно пытаясь замахнуться мечем.
Сил не хватало, и у магоборца были все шансы запутаться в собственной бороде, споткнуться и самоубиться, напоровшись на относительно острую сталь. Луу Альфин выбрал удачный момент, мягко скользнул за спину Ануфрия, нажал на точку на шее старца, дождался, пока тот потеряет сознание, и осторожно опустил на землю обмякшее тело.
– Ловко вы его, – восхитился наставником Гарш. – Где вы этому научились?
– Я все-таки боевой маг, – напомнил Ровнер. – Давайте уберемся отсюда, пока местные не вернулись. Очень не хочется возвращаться обратно в клетку.
Парни брезгливо поморщились. Их тоже не прельщала перспектива сидеть в тесном, вонючем узилище, рассчитанном на свиней. Они сильно сомневались, что животным было там комфортно.
– Да. Нам срочно нужны лошади, – кивнул Мжель.
– Конечно, – преисполнился сарказма Ровнер. – А так же амулет перемещения, ванна, мыло, ужин, кровать, ароматические свечи, чистое белье и оркестр.
– Зачем нам оркестр? – пораженно округлил глаза эльф.
– А пусть сыграют какой-нибудь марш, – щедро предложил луу Альфин. – Не хочу вас расстраивать, но в этом забытом богами городке наверняка только одна лошадь и на ней уехал градоначальник вместе со своим гаремом воевать местную ведьму.
– Не может быть. А как же они… ну-у-у-у… например, пашут? – недоверчиво нахмурился Гарш.
Как коренной житель Сувда он был далек от сельского хозяйства, но где-то читал, что вспашка поля не обходится без плуга и лошадей.
– Волы. Они пашут на волах. И в телегу запрягают их же, – терпеливо пояснил Ровнер. – Но животные они медлительные, так что раньше уедем, дальше будем, когда народ вернется. Будем надеяться, что они не затеют погоню.
Волов нашли в ближайшем сарае. Крупные черно-белые животные мирно пережевывали траву, пока парни прилаживали ярмо к массивным шеям. На дно двухколесной телеги постелили солому, покидали все, что могло пригодиться в пути. Зачерпнули воды из колодца, напились и тронулись в путь. Собаки провожали воз надсадным лаем. Ровнер как можно более комфортно устроился на соломе, завернулся в старое одеяло и устало прикрыл глаза. Рана саднила и чесалась, грязная кожа зудела, иссиня-черные волосы слиплись от пота, а магия даже не думала возвращаться.
«Надеюсь, хуже уже не будет», – устало подумал он, прежде чем сон, наконец, сморил его.
Волы оказались животными упрямыми. Как с ними управлялись местные – непонятно. Запряженные в воз животные не шли, а величаво шествовали, причем только в ту сторону, в которую желали сами. Ни рывки веревки, ни сооруженный из ветки хлыст не могли сбить волов с избранного курса. Все бы ничего, но упрямые скотины двигались в сторону леса, где магам точно появляться не стоило.
– Приструни их, – попросил окончательно выбившийся из сил Мжель Петеша.
Дракон истово мечтал пустить волов на мясо, тем более что в животе уже бурчало от голода, но кто в таком случае потащит телегу с наставником? Да и добираться пешком до Академии не хотелось. Пусть лучше так: медленно, но верно. Еще бы двигаться в нужную сторону… Но пока идеал был недостижим.
– Почему я? – слегка выгнул породистую бровь эл Царс, обозначая крайнюю степень удивления.
– Эльфы хорошо ладят с животными. Это общеизвестный факт, – охотно пояснил позицию друга Гарш, в очередной раз щелкнув хлыстом по мосластому крупу одного из быков.