— Спасибо за поддержку, — пробормотала.
До паники было недалеко.
Снаружи что-то зашуршало, и я резко повернулась к двери. К горлу подкатил липкий страх. Сквозь плохо заколоченное окно проникал тусклый свет, за границей кладбища ветер гнал клочья тумана, из-за чего деревья казались темными размытыми фигурами.
— Ты не закрыла дверь, — лениво сообщил кот.
— А ты не мог сказать раньше⁈ — зашипела, подскочив к двери и захлопнув ее.
Навалилась на створку всем телом, проверяя, насколько она способна выполнять свои функции. Судя по скрипу, ненадежная.
— А ты как здесь оказался? — спросила, пытаясь занять себя хоть чем-то, кроме паники.
— Я всегда тут был. — Зевнув, кот улегся на старое кресло в углу. — Кстати, староста оставил тебе торбу с харчами, в том углу лежит. Но колбаску я уже съел, остался хлеб. И очень соленый творог. И сетка каких-то клубней. Я надкусил, мне не понравилось.
— Так ты не голодный, выходит! Чего тогда донимал? — возмутилась, но кот начисто меня проигнорировал, сделав вид, что спит.
Я нервно провела рукой по волосам. Отлично. Меня отправили не туда, куда надо, бросили в жуткое место с какими-то «нехорошими» могилами, а теперь еще и фамильяр, о котором я не просила, у меня. Точнее, по соседству. Ибо что-то не видно, чтобы он радостно бросился признавать меня своей хозяйкой. Хорошо, хоть еду какую-то оставили, на ближайшую пару дней хватит. А там, надеюсь, староста сдержит обещание, и в самом деле принесут чего-то еще.
Но голод явно не самая большая проблема: снаружи определенно что-то происходило. Где-то среди могил послышался скрип, будто кто-то медленно, методично двигался между надгробиями. Понимая, что светлячок привлечет внимание, потушила его и медленно опустилась на пол у стены. Подтянув к себе ноги, обняла коленки.
— Мы сейчас умрем, да? — шепотом спросила у кота, как у единственного живого существа рядом.
— Ну если ты даже не умеешь запирать двери, то да, вероятность высокая, — беззаботно отозвался он. — Но почему «мы»? Меня здесь знают и не трогают.
Захотелось придушить рыжего, но неожиданным образом его слова меня воодушевили и отогнали начавшуюся было панику. Поднявшись, я решительно хрустнула пальцами и воззвала к своей магии.
— Не советую, — лениво отозвался кот.
— Тебя спросить забыла, — огрызнулась, удовлетворенно отмечая, что из бревен стены показались молодые побеги и, стремительно удлиняясь и утолщаясь, принялись затягивать окна.
— А зря. Ибо я тебе подсказал бы, что, закрывая окна, ты лишаешь себя выхода из сторожки, когда дверь упадет от первого же толчка. — Сразу после фразы снаружи раздался глухой стук, прервавшийся скрежетом когтей, и в наступившей на миг тишине слова фамильяра прозвучали зловеще: — Тебя в академии не учили, что некоторые виды нежити магия привлекает похлеще запаха свежей крови?
Глава 6
Снаружи раздался новый шум — теперь это был не просто скрежет, а омерзительно влажное похрустывание, словно кто-то с остервенением грыз деревянную дверь. От этого звука по спине пробежали ледяные мурашки, а желудок сжался в тугой узел.
Я замерла, стараясь дышать как можно тише, хотя прекрасно понимала, что если
оно
уже здесь, то наверняка меня чувствует.
Картину дополняли шорохи и постукивания, где-то за домом бормотали — сипло, еле слышно. Но стоило мне напрячь слух, голоса смолкли. Через секунду заскрипели доски крыши, будто кто-то запрыгнул туда и теперь медленно, методично передвигался.
Я зажмурилась и стиснула зубы. Вот и попалась. Проверить, что происходит за окном, не могла — сама же его запечатала зелеными ростками. С другой стороны, если бы я этого не сделала, возможно, сейчас увидела бы нечто такое, отчего мой рассудок отправился бы в пешее путешествие без меня.
Магией воспользоваться? Сжала кулаки. В академии у моей специальности не было отдельного предмета, посвященного некромантии. Всего пара лекций в рамках дисциплины «Теория сложной магии». На них, помнится, упоминали тварей, которые чуют магию, но где они водятся, как выглядят и чем опасны, я не знала. Могло ли быть так, что кот говорит правду, и это именно они? Проверять не хотелось.
Я сглотнула и, передвигаясь крайне медленно, попятилась, пытаясь нащупать что-нибудь тяжелое, что могло бы укрепить дверь, и едва не навернулась, наткнувшись на кресло.
— Осторожнее, — недовольно отозвались из его глубины.
Протянув руку, наткнулась и на самого кота под его возмущенный возглас. Но довольно тяжелая мебель могла помочь, и я принялась двигать кресло к двери, пока непонятное нечто ее не сломало.
— Да уж, силенок маловато, как погляжу, — прокомментировал кот. — Я на твоем месте ушел бы сразу за старостой. И плевать на долг академии, жизнь всяко дороже…
— Заткнись! — грубо оборвала, продолжая сантиметр за сантиметром продвигать кресло дальше. — Лучше бы помог.