Эльрой посмотрел на нас, его взгляд блуждал, пытаясь осмыслить все происходящее. Он видел наши лица, нашу решимость. Он видел, что пути назад нет.
“Хорошо,” — наконец произнес он, его голос звучал приглушенно, но в нем уже не было прежнего сопротивления. — “Я не хочу, чтобы вы страдали из-за моих сомнений. Я согласен.”
Он неохотно согласился. В его глазах все еще читались сомнения, но он больше не сопротивлялся. Лиара подошла к нему, протягивая кристалл.
“Тогда начнем,” — сказала она.
Первым свою ауру загрузил Эльрой. Он сам вызвался начать, видимо, желая, как можно скорее развеять свои страхи. Секунда ожидания, и кристалл выдал информацию: “На данный момент ауры его истинной нет в кристалле.”
Мы все заметили, как Эльрой выдохнул с облегчением. При этом он сказал: “Как замечательно, что это не Изабелла!” Его облегчение было таким явным, что оно почти ощущалось физически.
Следом вызвалась Лиара. “Ну так давайте, я,” — сказала она, ее голос был решителен. — “Что тянуть? Раз это неизбежно.” Она загрузила свою ауру. Ожидание… и вот кристалл выдает: “Совпадение найдено.”
Мы все замерли в ожидании. Ну кто же? Ну кто? И вот тут мое удивление было огромным. Истинный Лиары — Карох! Это Карох, друг Сернаха и верный генерал его величества Иргана! Обалдела не только я, но и сама Лиара. В ее глазах читалось изумление, смешанное с каким-то новым, неведомым блеском.
Но не дав нам опомниться, к кристаллу подошла Стеша. Ее руки дрожали, но она смотрела на кристалл с твердой решимостью. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, и, не глядя на меня, произнесла: “Все, теперь моя очередь. И я знаю, кто мой истинный.” Ее голос, хоть и дрожал, был наполнен какой-то новой, внутренней силой, которой я раньше не замечала.
Она загрузила свою ауру. Ожидание… Иииии… Кристалл, словно в предвкушении, тускло вспыхнул, а затем засиял ярким, ровным светом.
“Ее истинный — Эльрой.”
Эти слова эхом разнеслись по поляне, как приговор, как окончательная истина. Мир на мгновение замер. Эльрой, который только что выдохнул с облегчением, застыл, его глаза расширились от шока. Он посмотрел на меня, потом на Стешу, потом снова на кристалл, словно, не веря своим ушам. Я взглянула на Стешу. В ее глазах, несмотря на слезы, горела новая решимость, смешанная с трепетной надеждой. Она наконец-то обрела то, чего так долго желала.
Лиара, несмотря на свою обычную невозмутимость, выглядела удивленной. Она знала, как сильно я хотела прояснить отношения с Эльроем, и теперь это внезапное подтверждение истинности Стеши, наверное, не входило в ее расчеты.
Эльрой, словно очнувшись от сна, медленно повернулся к Стеше. В его глазах больше не было отчаяния, только смятение и… что-то еще, что я не могла пока расшифровать. Он смотрел на нее, словно видел впервые, но в этом взгляде не было отторжения. Скорее, это было недоумение, смешанное с нерешительностью, и, возможно, робкая надежда.
“Ты… ты уверена?” — его голос звучал хрипло, почти как шепот.
Стеша, встретив его взгляд, кивнула. Слезы все еще блестели на ее ресницах, но теперь в них была не только печаль, но и робкая, но непоколебимая решимость. “Я… я чувствую это,” — прошептала она. — “Я почувствовала это, когда только увидела тебя впервые.”
Ее слова, произнесенные с такой искренностью, словно разрушили последнюю стену сомнений в глазах Эльроя. Он протянул руку, и, к моему удивлению, Стеша вложила свою в его ладонь. Кристалл в руках Лиары мягко вспыхнул, подтверждая их связь.
Глава 37
“Ну вот и все,” — сказала я, чувствуя, как мой голос звучит немного глухо. — “Все карты уже раскрыты. Осталось только я. Не будем тянуть.”
Сердце сжалось от предчувствия. Все мои расчеты, все мои риски, связанные с Академией, сейчас могли обрушиться в одночасье. Я подошла к кристаллу, который Лиара все еще держала открытым, и, набравшись решимости, сделала свое дело.
Я приложила ладонь к холодной поверхности кристалла. Закрыв глаза, я попыталась сосредоточиться, влить в него свою ауру, свою надежду, свои страхи. Я думала о Сернахе, о его словах, о нашем плане. Я не хотела, чтобы мой истинный был кем-то, кто мог бы разрушить все, что мы придумали. Я хотела, чтобы он был тем, кто меня понимает, кто поддержит меня, кто… кто будет мне верен.
Секунды растянулись в вечность. Тишина вокруг стала почти осязаемой. Я чувствовала, как энергия кристалла пульсирует под моей ладонью, сканируя мою сущность, сравнивая ее с мириадами других.
И вот, кристалл вновь засветился. Но на этот раз свет был другим — мягким, пульсирующим, словно в нем отражалось чье-то дыхание. На поверхности появились слова, которые заставили мое сердце замереть:
“Ваш истинный — Сернах Элдеверин.”
Мир вокруг меня на мгновение исчез. Я стояла, не в силах пошевелиться, только впитывая в себя эту новость. Сернах. Мой истинный — Сернах. Это было… невероятно. Неожиданно. И, одновременно, в этом было какое-то странное, пугающее соответствие. Все его действия, его интерес ко мне, его защита, его стремление быть рядом — все это вдруг обрело новый, глубокий смысл.
Я открыла глаза. Эльрой и Стеша, держась за руки, смотрели на меня с изумлением. Лиара, обычно невозмутимая, выглядела ошарашенной, но в ее глазах читалось понимание.
“Сернах…” — прошептала я, само имя казалось незнакомым и в то же время до боли родным.
Эльрой, похоже, тоже был поражен. Он посмотрел на меня, потом на Стешу, затем снова на кристалл. “Сернах Элдеверин… Ректор всё-таки твой истинный?”
Стеша, чьи глаза теперь сияли, а слезы высохли, подошла ко мне и мягко обняла. “Даша… это… это невероятно.”
Я чувствовала, как внутри меня бурлит вихрь эмоций: шок, радость, страх, и, главное, осознание того, насколько сложной стала моя ситуация. Я была связана с Сернахом. Его истинная. А он — мой. И это открывало совершенно новые горизонты. И новые риски.