Ливермор. «Великий медведь Уолл-стрит.» Тот, кто заработал миллионы на панике девятьсот седьмого года, ставя против рынка. И уж если он открывал шорты — значит, ждал краха.
Как и Чарли.
— Спасибо, Аби, — сказал Мейер. — Хорошая работа. Завтра снова иди туда. Смотри, что делают крупные игроки. Особенно следи за Ливермором. Вечером сразу ко мне — доложишь.
— Да, мистер Лански, — Аби кивнул и вышел.
Мейер остался один. Он открыл сейф, достал бумаги и принялся считать. Тут были перечислены деньги, которые еще неделю назад лежали у них на счетах. Сейчас большая часть была переведена в наличку и попрятана по разным местам. Но не все.
National City Bank: $800,000
Chase National Bank: $700,000
Guaranty Trust: $500,000
Итого — два миллиона долларов. Чарли хотел снять все, а значит надо ускоряться.
В субботу Лански не поверил ему толком. Потом послушался, положившись на чутье. А теперь увидел то же самое. И крупные игроки делали то же самое.
Теперь шорты. Уже открытые:
General Electric — $250,000
US Steel — $250,000
RCA — $250,000
General Motors — $250,000
AT T — $250,000
Итого: пятьсот тысяч долларов под плечо один к четырем. Если рынок упадет на тридцать процентов за неделю, то прибыль составит те же самые пятьсот тысяч. А если на пятьдесят…
Этого мало. Теперь он тоже готов играть ва-банк. Завтра же откроют новые шорты, надо будет вложить часть наличных, которые уже вытащили из банков, часть кредитных денег. И тогда можно будет заработать на крахе… Миллион? Два? Нет, это, пожалуй, нереально.
Дальше он считать уже не стал, посмотрел на календарь, который скоро можно будет перевернуть. Вторник — двадцать второе октября. Не выдержал, встал, дошел до полки, взял бутылку канадского двадцатилетнего виски — элитный, мафия оставляет его себе, он почти не идет в баре. Налил буквально на палец, сделал маленький глоток.
Знаки. Знаки везде. Как он их проглядел, а Чарли увидел? Не ясно, он же не пророк.
Но факты. Кеннеди продает, Барух ушел, Ливермор открывает шорты. Индекс падает, объемы растут, а банки и министры призывают сохранять спокойствие. Это классика перед крахом.
Такое бывает, он уже видел, но в мелких масштабах — игорные дома, схемы Понци и прочее. Если все идет слишком хорошо, значит скоро будет плохо.
А последние десять лет все было слишком хорошо. Люди покупали акции на последние деньги, закладывали дома, верили, что рост вечен. Но ничто не вечно под Луной.
Он почти все сделал, оставалось увеличить масштабы. Если Чарли прав — они станут королями этого города.
А если нет…
Мейер усмехнулся. Нет, Чарли не ошибается, слишком много знаков, и слишком многие видят то же, что и он. Да и сам Лански это видел, и может быть даже сыграл бы на этом. Но сейчас уже слишком поздно, а так они начали вовремя.
Крах близко.
Мейер выключил свет, вышел из офиса, запер за собой дверь и спустился наружу. Поднял воротник пальто и пошел к своей машине, которую Винни уже вернул. Сел за руль, завел двигатель и поехал по пустым улицам Манхэттена.
Не выдержал, включил радио. Играла трансляция из Клуба Коттон. Музыка. Да.
Сейчас сотни тысяч семей из тех, кто может позволить себе радио, сидят и слушают эту музыку. И даже не предполагают, что их спокойная жизнь закончится буквально через два дня.