— Тогда вам лучше на заднее сиденье пересесть, спрятаться, — заметил телохранитель. — Иначе могут вопросы возникнуть.
— Чуть позже, — ответил я. — Когда отъедем подальше, остановимся.
Я заметил радиоприемник. Штука дорогая, не меньше трех-четырех сотен долларов, потому что заводских пока не ставят. Значит машина не одноразовая, угнанная, а личная, причем не этого парня, ему не по чину. Это тачка самого Лански, не иначе. И ухоженная, надо сказать. Оттуда и цвет такой. Он точно не послал бы охранять меня кого попало, а тут еще и свою машину выдал.
Потянул руку, включил, повернул ручку, пытаясь поймать сигнал и наткнулся на полный недоумения взгляд телохранителя.
— Чего? — не понял я. — Радио послушать хочу.
— Так ведь ночь, мистер Лучиано, — проговорил он. — Радио только до одиннадцати. Теперь до шести не будет вещания.
Точно. В это время еще не было круглосуточных радиостанций, и я понятия не имею, когда они появятся. А пока что вещание прекращают, а начинается оно снова только утром. Потому что люди спят, да и электричество экономить надо. Оно дорогое.
Ну и хорошо. Значит, поедем в тишине. А заодно и ничего моим мыслям мешать не будет. Пускай.
Ладно, тут и думать нечего особенно. План на ближайший день есть, а потом уже будем думать. Только вот курить хочется.
— Есть сигареты? — спросил я, повернувшись к водителю.
— Да, конечно, — ответил он, помолчал немного, а потом все-таки достал желто-зеленую пачку с кругом и протянул мне.
Похоже, что он недоволен был. Может быть, не хотел, чтобы в его машине курили, но возразить боссу постеснялся? Наверное он и девочек сейчас возит в ней.
Хотя, если это машина самого Лански… Ну он тоже курит, пусть и редко.
Курят-то сейчас вообще все. И всплеска рака легких пока не было, и агрессивная реклама. «Reach for a Lucky instead of a sweet». Сигареты вместо сладостей. Их даже как средство для похудения продвигали.
Он дал мне зажигалку, и сунул сигарету в зубы и прикурил, после чего вернул ему пачку. Затянулся, выдохнул, затянулся. Стало поспокойнее.
— Ладно, — решил я. — Останавливайся, я лягу на заднее сиденье. А там к парому.
— Да, босс, — ответил он.
Все-таки хороший парень. Надо хоть узнать, как зовут его, а если что, приподнять.
Удивительно, но встряска пошла мне на пользу. Боль пропала, а потом я отрубился. Даже несмотря на урчание двигателя и тряску.
Интермеццо 2
Нью-Йорк. Бруклин. После полуночи.
Водитель мчался по пустынным ночным улицам Бруклина, вцепившись в руль, что было сил. Руки тряслись, а в ушах все еще звенело от выстрелов. Заднее стекло было разбито. Пуля Лучано прошла в паре дюймов от его головы. Повезло бы чуть меньше, и он бы сейчас лежал на парковке с дыркой в черепе. С двумя. Это правило мафии — двойной в голову, чтобы наверняка. И он это правило знал.
Он свернул в переулок, притормозил, заглушил двигатель. Нужно было посидеть немного, чтобы успокоиться — нельзя являться к дону в таком виде. Он и посидел в темноте, тяжело дыша. Прикурил, затянулся горьким дымом, пытаясь прийти в себя. Не получалось.
Сейчас он поедет к дону Маранцано докладывать о провале. Снова. Уже во второй раз.
После первого Маранцано был в бешенстве. Сейчас же он вполне может потребовать голову киллера. Он знал это, но другого варианта не было — если попытаться сбежать, то его все равно найдут. И тогда охотиться за ним будут не только люди Чарли, но и люди Сэла.
Немного успокоившись, он завел машину и через полчаса был на месте. Припарковал машину в двух кварталах от здания — ее все равно придется бросить, потому что разбитое стекло и дыры от пуль в двери привлекали внимание. Двинулся по улице, пока не добрался до трехэтажного кирпичного здания с вывеской «Импорт-Экспорт».
Одна из многочисленных контор для прикрытия. Хотя не главная. Главная у Сэла в его конторе по торговле недвижимости.
У входа стояли двое парней. Водителя узнали, кивнули, пропустили внутрь. Он поднялся по узкой лестнице на второй этаж, вдыхая запах сигаретного дыма и кофе. Из-за двери доносились голоса — дон разговаривал с кем-то. Он был не один.
Идти внутрь не хотелось. Откровенно говоря не хотелось, но выбора не было.
Водитель остановился у двери, собрался с духом, а потом постучал.