Хуже всего то, что я говорю это не уверенно. И она это чувствует.
— Тогда стреляй, — шепчет.
Тянется рукой к маске, а я наблюдаю за этим, как в замедленной съемке не в силах остановить ее. Просто зритель со стороны. Касается, тянет вверх. Останавливается, открывая только нижнюю часть лица. Щеки все еще скрыты, нос — тоже. Но губы… Они теперь голые. И она облизывается глядя на них.
Проклятие. Мне нельзя.
Она тянется на носочках. Не торопится. Дышит мне в лицо. Дыхание с привкусом вина и сигарет.
Целует.
Мягко. Осторожно. Но от этого поцелуя мне будто разносит грудную клетку кувалдой. Выпускаю отработки кислорода сквозь ноздри. Но не двигаюсь. Лишь крепче сжимаю рукоятку пистолета. Стискиваю челюсть так, что ноют скулы.
Она отстраняется, не глядя вниз. Смотрит в упор, дышит часто, будто сама испугалась. Своего поступка. И того…
Что ей это понравилось.
— Индиго, прием. Где ты? — голос Соболя в наушнике жесткий, с напряжением.
Вздрагиваю.
— Почему молчишь? Долго завис. Подтверди статус.
Резко дергаюсь не позволяя ей полностью открыть мое лицо. Грубый толчок в грудь и брюнетка летит на диван.
— Руки! — рявкаю, целясь в нее пистолетом.
В наушнике вновь щелчок.
— Индиго, прием. Что у тебя? Подтверди статус. Есть кто внутри?
Я смотрю на нее. На эту чертову женщину. И понимаю, если сейчас скажу правду, то Соболь ее… ликвидирует. Он не так добр, как я, и свидетеля не оставит.
Прикладываю палец к губам, показывая этим жестом, чтобы она молчала.
— Отрицательно, — коротко в гарнитуру, все еще глядя ей в глаза. — Объект пуст. Работаю.
Глава 3
Марина
— Мариша! — доносится голос мужа из душевой, веселый, расслабленный.
Я стою посреди номера в отеле и смотрю на экран его телефона.
Он не заблокирован. Обычно Эд всегда блокирует его. Да и вообще, он всегда и всюду при нем. А тут… то ли устал, то ли расслабился, то ли самоуверенность зашкалила.
Я как раз подошла к столику за косметичкой в тот момент, когда телефон Эда завибрировал. Взгляд машинально опустился на экран.
Саша Цех: Эдушка, котик, купи Варьке ту куклу. Помнишь? Она по ней две недели страдает.
Закусываю губу, гипнотизируя контакт.
«Саша. Цех».
Саша? Саша у него начальник на производстве. Муж часто с ним разговаривал по телефону. Но всегда уходил в свой кабинет, бросив с улыбкой: «по работе поговорю». Или… нет. Саша — это Александра? А кукла? Какая, к черту, Варька?
Губы закусываю до боли.