Жена. Я не знаю, что мне делать. Я запуталась. Помоги мне.
Муж. Тьфу. Послушать, так прямо Анна Каренина какая-то. Будто ей не пятьдесят с гаком, а двадцать два года.
Жена. Да.
Муж. Что «да»?
Жена. Двадцать два.
Муж (испуганно пятится). Да ты что? Да ты, кажется…
Жена. Нет, я просто устала. Я страшно устала, Козлик. Мы весь день работали – шили рукавички… фланель кроили на портянки…
Муж. Мигунову? Хе-хе. Лейтенанту?
Жена. Может быть, и Мигунову тоже. (Плачет.) Бедный мальчик! Милый мой, хороший мой, славный мой…
Муж (нервно шагает вокруг). Послушай… Нет, это… Это в конце концов переходит… Это – я не знаю что!.. Это – бред! Я должен еще выслушивать ее… всякие там любовные серенады!..
Жена. Прости меня, Козлик. Я устала. У меня голова кругом.
Муж. У нее – голова! А у меня что – арбуз или абажур какой-нибудь? (Останавливаясь.) Кто этот Мигунов?
Жена. Не знаю.
Муж смотрит на нее, потом идет к дверям и начинает одеваться.
Жена (поднимаясь). Ты что? Ты куда?
Муж. Ха! Куда! Ха-ха!
Жена. Нет, Сережа, в самом деле!
Муж (напяливая пальто). В самом деле – две недели! Оставь меня! Хватит. Как это называется… это учреждение? Загс? Ага. Загс…
Жена (пытается обнять его). Козлик, милый, да что с тобой? Я же уверяю тебя, что я не знаю лейтенанта Мигунова.
Муж. Да? (Показывает на чемодан.) А это что?
Жена. Я хочу сказать, что лично мы с ним не знакомы.
Муж (язвительно). «Лично»!
Жена. Я его и в глаза не видела.
Муж (язвительно). «В глаза»!
Жена. Мы только писали друг другу письма.
Муж. Только письма? И он тебя тоже в глаза не видел?
Жена. Разумеется.
Муж. Ага. А с какой же, интересно знать, стати он писал тебе эти нежные, телячьи письма… если не видел?
Жена. Ну, потому и писал… потому, вероятно, и писал, что не видел.
Муж (ходит по комнате, садится на стул, сжимает руками голову). Нет, я не могу. Это не просто бред, это какой-то пьяный, фантастический, кошмарный бред!..